Loading...
Изменить размер шрифта - +


Я повернулся и увидел Джан с рюкзаком.

— Представляешь, он заснул!

— Неужели?

— Наверное, переволновался, — сказал я, показывая на американские горки.

Джан посмотрела на меня.

— Сходи купи мороженого. У меня во рту пересохло. Чувствуешь, как парит?

— Тебе шоколадного?

— Да.

Вернувшись с двумя большими рожками, — мой уже был наполовину съеден, — я застал Джан в слезах. Боже, неужели на нее опять накатила хандра? Неужели все настолько серьезно и она уже никогда не станет прежней? И где коляска с Итаном?

— Я только на секунду отвернулась, — проговорила она, словно прочитав мои мысли. Ее голос дрожал.

— И что?

— Да в кроссовку попал камешек. Я отошла его вытряхнуть, присела на скамейку, а потом подняла голову и…

— Что случилось, Джан?

— Кто-то увез коляску, — прошептала она. — Я посмотрела, а ее нет.

Я вскочил на скамейку, оглядел аллею.

— Итан! Итан!

Нет, это недоразумение. Куда может деться коляска с ребенком? Наверное, кто-то спутал нашу коляску со своей и сейчас привезет обратно. Джан стояла рядом, напряженно оглядываясь по сторонам.

— Ты что-нибудь увидел?

— Ты можешь объяснить, что произошло? — воскликнул я.

— Я же сказала, только отвернулась на секунду и…

— Почему ты оставила коляску? Почему не подвезла к скамейке?

Джан молчала, опустив голову. А у меня в ушах звучали обрывки сообщений, какие передают в новостях раз или два в год: «… одна семья, кажется, из Промис-Фоллз, поехала на отдых во Флориду, Орландо, там есть большой парк отдыха с аттракционами. Они буквально на минуту оставили без присмотра своего маленького сына, и его похитили какие-то злодеи. Унесли в туалет, остригли волосы и переодели так, чтобы он выглядел по-другому, а потом вынесли из парка и увезли в неизвестном направлении. В газеты это не попало, потому что владельцы парка не хотели огласки…»

Я считал это чушью несусветной, но сейчас… Я повернулся к Джан.

— Иди ко входу, он здесь только один, найди охранников и все им расскажи.

Растаявшее мороженое я выбросил в урну.

— А ты? — спросила она.

— Я пойду посмотрю в туалетах. Вероятно, его увезли туда.

Джан побежала. На ходу оглянулась, показала жестом, как будто прикладывает к уху мобильный телефон, чтобы я позвонил ей. Я кивнул и побежал в противоположном направлении.

В мужском туалете было несколько человек. Мужчина с мальчиком на руках, младше Итана, мыл ребенку руки. У другой раковины стоял пожилой афроамериканец. Молодой человек сушил руки.

Я оглядел кабинки. Их было шесть, все свободные, кроме четвертой. Заглянул в щель между дверью и фрамугой, увидел сидящего на унитазе грузного мужчину. Больше никого в кабинке не было.

— В чем дело? — возмутился тот.

Я выбежал из туалета и чуть не упал, поскользнувшись на плитках. Невдалеке по аллее двигались люди, в обе стороны, и, весело переговариваясь, жевали сладости. Им до меня не было никакого дела. Я почувствовал себя совершенно разбитым, не зная, в какую сторону идти. Но идти все же лучше, чем просто стоять и глазеть на посетителей парка. И я побежал к ближайшему аттракциону, обошел его, выискивая нашу коляску, внимательно осматривая каждого ребенка. Затем помчался дальше, к аттракционам для малышей. Может, похититель, чтобы успокоить Итана, повез его сюда покататься? Нет, это глупость. Никто нашего мальчика не похитил.
Быстрый переход