|
Я перетекал из одной стойки в другую, выкручивался под нереальными углами… Крылья нисколько не мешали, и даже более того — они органично вплелись в общую картину, закрывая те направления, до которых я не мог дотянуться руками. Первый, и, собственно, единственный комплекс учения [Пути к Идеалу] был целиком направлен на защиту и движение, предполагая активное использование магии и необходимость блокирования атак с любых направлений. Так как проводником силы мага обычно были руки и, изредка, ноги, то и защищаться предстояло, выставляя на пути угрозы формирующую заклинание конечность. Мой случай был по-своему уникален, так как крылья и ноги как проводники маны совершенно не сочетались. Я или творил магию руками и ногами, или руками и крыльями — третьего не дано. При этом крылья, целиком состоящие из моей воплощенной маны, проводили её вообще безо всякого сопротивления, и я уже сейчас мог, в теории, устроить такой бадабум, что всякие красноглазые маги будут завидовать в сторонке. Правда, сказать, как на почти моментальное излияние всего резерва отреагирует тело, я не мог, а экспериментировать не решался. Стану инвалидом — и что тогда? Навык магии-то знания мне поставляет исправно, но пока он охватывает только начальный уровень. Для того, чтобы углубить свои знания и получить возможность самостоятельно обучаться продвинутым заклинаниям, я должен выполнить определённые условия и достигнуть пятидесятого уровня [Магии]. Сейчас у меня, к слову, тридцать седьмой, а тренируюсь я разве что не с пелёнок. Такими темпами до следующего ранга мне пилить ещё пару лет, и это только продвинутая магия! Стать, простите, всенагибающей имбой к двадцати годам мне точно не светит, ибо к этому возрасту мне очень повезёт, если я доберусь до Экспертного ранга, а о Королевском или Императорском даже мечтать не стоит.
Тем временем я начал выдыхаться. Всего пять минут, а продолжать я уже не могу, и вряд ли сумею активно передвигаться в ближайшие несколько часов. Ноги подкосились, и я повалился на землю, в качестве финального аккорда втянув крылья на место. Так сказать, пережил все неприятные моменты сразу, не откладывая ничего на потом. Отец, прежде не видевший моих тренировок, подбежал ко мне и попытался было поставить меня на ноги, но я качнул головой: — Всё в порядке. Это такая тренировка — за считанные минуты превращает всё тело в кисель. — И… так всегда? — В первый раз я и половины комплекса не сделал, продержавшись тридцать секунд. Полтора месяца — и уже пять минут. Я говорил чистую правду, и физическому развитию в моей жизни действительно уделялись какие-то жаркие минуты. Но этого, что удивительно, хватало. Я не становился сильнее, но росли мои ловкость и гибкость. Тело изменялось под воздействием странной тренировки, позволяющей мне ничем не жертвовать. Я занимался с Глассовером, практиковал магию, познавал науку авантюриста — и тратил на это очень много времени. Нормальным физическим тренировкам в моей жизни просто не нашлось бы места, но таким, болезненным и взрывным — вполне себе. — Не знаю. Нужно время, чтобы появился какой-то результат. — А… Да, что же это я. — Отец неловко улыбнулся. — Иногда я забываю о том, что тебе всего пять лет. Идти можешь? — Всё не настолько плохо. — Кое-как поднявшись на ноги, я ободряюще улыбнулся. — Домой? И, кстати, разве мама уже не должна была вернуться? — И правда. Иди в свою комнату и почитай, а я пока её поищу. И я отправился к себе, не морально, но физически раздавленный. Обычно я тренируюсь вечером, перед сном, но сейчас до заката оставалось ещё что-то около четырёх часов, судя по положению солнца. А сил и желания чем-то заниматься, между тем, практически не осталось. Значит, что? Буду прокрастинировать, рассматривая потолок и обдумывая всё то, что требует обдумывания! Хороший ведь план, правда? Но на сердце отчего-то было неспокойно, и я всё чаще ловил себя на том, что я неотрывно смотрю в окно, выходящее на улицу…
Глава 4. |
