|
Тогда ограничение сняли, и я подумал, что сие есть ничто иное, как разрешение деда на дальнейшие встречи, но сейчас проникшийся моей непробиваемостью Гериан раскрыл передо мной весь расклад, который из всех вокруг не был ясен лишь мне. Не знаю, что это — синдром слепого и тупого главного героя во всей своей красе или нечто иное, но я действительно не замечал очевидного.
Дедушка, несмотря на своё ко мне отношение, делал всё, чтобы я забыл о Залии, прикрывая свои планы необходимостью повышения моей силы. Этим же он меня и мотивировал, руками двоих наставников гоняя на полигонах от рассвета и до заката. Боевая магия, теория заклинаний плюс мой [Путь к Идеалу] — и вот уже я, словно загнанная лошадь, едва доползаю до своих комнат, при падении на кровать впадая в кому до следующего утра. Началось это на следующий после появления моего имени на стене памяти день, а минуло с тех пор всего четыре месяца. И только в последние две недели меня начали загонять до полусмерти, ибо до этого меня ещё кое-как хватало на выходы в город. С каждой неделей всё менее продолжительные, но — выходы… Проникшись этим пониманием, я обрёл второе дыхание и, убедившись в том, что затренировавшей меня до крайне плачевного состояния Целестии нет рядом, вскочил на ноги. Завидовал ли я, глядя на свежего и довольного брата? Однозначно ответить было нельзя, ведь мои нечеловеческие труды сейчас направлены на то, чтобы не проливать лишней крови потом. Может, редко-редко я и представлял, как Целестия сменяет-таки гнев на милость, снижая нагрузку до приемлемой, а Форт наконец-то решит, что к постоянной практике можно добавить и крупицу теории, ибо мне просто неоткуда больше узнать об особенностях применения магии в малых отрядах. Если бы не навык [Магии], то я вполне мог бы предположить, что меня тупо выматывают, но не учат. Однако выдаваемые системой цифры размеренно повышались, демонстрируя наличие прогресса, да и нередкие сверки предлагаемых навыком вариантов с реальностью проблем не находили. Меня учили почти как надо, а все неровности я сглаживал уже самостоятельно. — И что ты планируешь делать? — А какие у меня варианты? — Я демонстративно развел руками. Грязный и потрёпанный, я походил скорее на бродягу, чем на тренирующегося мага. — От Залии я не откажусь, а от своей идеи — не откажется уже дедушка. Слишком я ценен для рода, как Генерал и Палач. — Прогресс, однако. — Брат криво ухмыльнулся. — Ты начинаешь понимать очевидное. Но упорно игнорируешь тот факт, что деду достаточно одного приказа — и Залия сама от тебя отвернётся. Понимаешь? Она не станет подвергать опасности своих родных из-за… — Из-за меня, да? Тоже считаешь, что десять лет — это ну охренеть какая разница в возрасте для нас, живущих по меньшей мере в двадцать раз больше? — Я сжал кулаки, ощутив, как по телу начинает вновь циркулировать поток свежевыработанной резервом маны. — Я ведь верил деду. Вопреки словам отца считал, что мы для него важнее выгоды рода. Спасибо за то, что открыл мне глаза. — Пойдёшь требовать отмены этих драконовых методов? — Возможно, да, а возможно — и нет. Всё зависит от того, что скажет по этому поводу Залия. Поведя плечами, я выпустил крылья, не почувствовав даже далёкого отзвука боли. Если каждый день не по одному разу их выпускать и убирать, то, как оказалось, организм вполне может к такому привыкнуть. Перед тем, как взлететь, я создал вокруг себя миниатюрный водный вихрь, вымывший из одежды и с кожи всю грязь. Хотя бы так, но я должен был привести себя в порядок. Взмах — и вот уже я взмываю в небеса, провожаемый непонимающим взглядом брата. Прости, но я не могу тебе довериться. Уж слишком сильно ты во всём полагаешься на деда…
Часть IV.
— Если где-то убыло, значит где-то прибыло… Щелчок — и мудрёная защита на окне отключается, позволяя мне его открыть и пролезть в комнату, расположившуюся на втором этаже внушительного особняка, принадлежащего Лоссам. |
