— Пока тьма ему помогает, убийца еще как-то контролирует себя, но, если его высветить, он станет непредсказуемым монстром, — заключил Бишоп.

После этих слов наступило молчание, и первым его нарушил Алекс:

— Так что нам делать? Ловить маньяка в темноте, играя в жмурки, или подкинуть сюда дюжину прожекторов из гражданской обороны, чтобы он, этот псих, побесился вволю?

Бишоп с каменным выражением лица выслушал это выступление практичного, трезвомыслящего полицейского и обратился к Миранде:

— Ты согласна подождать выводов, которые сделает Шарон?

Она молча кивнула, а он так же молча повернулся к ней спиной и медленно направился обратно к развалинам мельницы.

— Скоро пойдет снег.

Такое простое высказывание, совсем не относящееся к кровавому делу, ударило по слуху Миранды. Особенно тихая, мирная, какая-то домашняя интонация, с какой эта фраза была сказана. Это Алекс посмотрел сначала на небо, принюхался к воздуху, словно охотничий пес, и поделился с Мирандой своими соображениями.

— Наши прогнозисты чаще всего попадают впросак, но то, что снега выпадет не меньше чем на три дюйма, я готов побиться об заклад.

Бишоп не успел удалиться настолько, чтобы не услышать, что сказал Алекс.

— Нам повезло, Миранда. Еще бы пару часов — и мы бы остались с холодными носами. У твоего помощника чутье на погоду потоньше нашего.

— Или он связан с кем-то, кто смотрит на метеоприборы, — в спину уходящему Бишопу бросил Алекс.

Миранда ощутила некоторое облегчение. Городским обывателям будет чем заняться — счищать снег со своих машин и с подъездных дорожек, а не приставать с требованиями к шерифу немедленно найти и покарать убийцу, терроризирующего город, или бомбардировать полицию самой нелепой информацией и досужими домыслами. Впрочем, расследование и так движется с черепашьей скоростью, а снежная буря вообще может застопорить его.

Тони заторопился собрать гипсовые слепки со всех следов, оставленных на земле.

— Что-нибудь это нам даст? — поинтересовался Алекс.

— Если мы чего-нибудь не пропустим, то надеюсь, что да. Однако не будем забегать вперед. Много времени потребуется, чтобы определить точную марку покрышек, и еще больше — чтобы засечь, где была продана такая марка машины, зарегистрированная в районе поиска. Ну, и так далее. В любом случае это долгая история. Хотя, возможно, что-то в итоге и выплывет.

Миранда заметила, что свинцово-серые облака уже нависли чуть ли не над головой.

— Эй, Тони! Обожди секунду, я тебе помогу.

Алекс подставил руки, и Тони осторожно переложил в столь надежную тару часть слепков. Они вместе понесли их к машинам, ожидающим в отдалении. Миранда проводила их взглядом. Ей хотелось хоть немного побыть наедине со своими мыслями и болью, опять начавшей терзать ее затылок.

Однако ей пришлось последовать за коллегами к машинам, едва виднеющимся в быстро сгущающихся сумерках.

— Сколько времени мы еще пробудем здесь? — спрашивали у Бишопа водители. — Надо ехать, а то может случиться, что мы не выберемся из снежной круговерти и тут заночуем.

— Еще полчаса, — ответил Бишоп без обычной уверенности в голосе. — Пока шериф не отдаст вам приказ, не включайте дальний свет и прожекторы. Будьте начеку, она отдаст вам необходимые распоряжения.

— Причем очень скоро, — подала голос Миранда. — Нам лучше поторопиться. Алекс предсказал снежную бурю, и хоть он и не метеобюро, но она уже у нас на носу. Какие бы улики здесь ни оставались, они будут очень скоро погребены под снегом.

Ее психологический щит был по-прежнему непроницаем, но физическое прикосновение пальцев Бишопа к своему запястью, мягкое и сочувственное, она ощутила.

— Тебе лучше? — произнес он.

— Почему ты решил, что мне плохо?

— С тобой все в порядке?

— Разумеется.