«Или приехал в гости к кому-то из родственников-друзей-знакомых, живущих поблизости. Вышел от них, наткнулся на нашу овечку, усадил в машину и был таков. Как тебе такой вариант?»

«Заткнись, бес! Дай подумать. Да, если в дело вмешался случайный прохожий, я ничего предпринять не могу. Остается только молиться, чтобы он оказался безвредным. Тогда Вероника отсидится у него, придет в норму и вскоре даст о себе знать. Но если она спряталась у кого-то из своих сегодняшних гостей, я ее найду».

«Как? Тебе известны их адреса?»

«Нет, но они известны милиции. Прощаясь с нами, Полевичек продиктовал номер телефона, по которому нам следует позвонить, если мы вспомним что-нибудь важное. Он сегодня на ночном дежурстве, так что звонить можно до утра».

«Думаешь, он обрадуется, когда ты, вместо того чтобы одарить его информацией, попытаешься вытянуть информацию из него?»

«Вот и проверим».

Я снова открыла записную книжку, вооружилась ручкой и набрала номер, продиктованный коллегой Дуболома.

— Старший лейтенант Полевичек слушает.

Поднатужившись, я выудила из памяти имя-отчество молодого оперативника.

— М-м… Михаил Ильич, вас беспокоит Варвара Клюева. Мы с вами недавно расстались.

— Да-да. Что у вас новенького, Варвара… м-м… Андреевна?

— Наверное, вы сочтете меня страшной занудой, но я очень беспокоюсь за кузину…

— Вашу сестру ищут, Варвара Андреевна. Мы разослали ориентировку по городу.

— Я понимаю, но… как бы это поделикатнее выразить… Эта мера не представляется мне достаточно действенной. Боюсь, если мы не разыщем Веронику в ближайшие сутки, с ней случится беда.

— Вы не могли бы говорить поконкретнее? Помня, что вы встретили нас словами: «Ей угрожает опасность», — я два раза перечитал ваши показания, но не нашел в них ничего, что давало бы основания для подобного утверждения.

— Я готова все вам объяснить, но не по телефону, тем более что звоню из подземного перехода.

— Почему же вы не поделились своими сведениями с Ишановым? С ним-то вы разговаривали не в подземном переходе.

— Михаил Ильич, а вы когда-нибудь имели возможность наблюдать, как ваш Ишанов снимает показания? Тогда скажите честно: будь вы на месте несчастных свидетелей, захотелось бы вам раскрыть душу перед старшим оперуполномоченным?

Полевичек хрюкнул и тщетно попытался замаскировать смешок приступом фальшивого кашля.

— Кхы-кхы! Ладно, я вас понял. Итак, вы хотите встретиться со мной, чтобы дополнить свои показания, верно?

— Не совсем. Я готова с вами встретиться, так будет точнее. Но не прямо сейчас. Лучше завтра, во второй половине дня. А сейчас я хочу, чтобы вы продиктовали мне адреса и, на всякий случай, телефоны тех, кого ваш начальник допрашивал сегодня по поводу смерти Людмилы Прокофьевой.

— Однако! — Полевичек даже присвистнул. — Варвара Андреевна, вам никогда не намекали, что ваши методы… э… как бы это выразиться поделикатнее…

— Не трудитесь, Михаил Ильич. Мне известно, насколько трудно подобрать деликатный синоним к слову «беспардонный». Черт! Ну вот, вы слопали у меня еще три рубля… Поверьте, мои манеры бывают очаровательными, но не в том случае, когда я нахожусь в состоянии острого нервного возбуждения. Адреса нужны мне, чтобы съездить по ним и убедиться, что Вероники там нет. Причем съездить немедленно, пока ее не успели куда-нибудь спрятать.