Вторую держал Гэбриел. Он встал в паре шагов от нее на колени, обхватил ее лодыжку и надел босоножку. Когда он встал и предложил ей руку, у нее слегка кружилась голова.

Они обследовали несколько открытых магазинчиков, потом затерялись в муравейнике толпы и вышли к лавке букинистических книг. После визита туда каждый нес маленькую связку книг.

— А что, если нам поесть здесь, прежде чем мы вернемся в город? — спросил Гэбриел.

Солнце уже садилось. Они заказали обед, развернули свертки с книгами и изучали выбор друг друга. К тому времени, когда они поели и сели на паром, возвращавшийся в город, уже стемнело.

Девушка в туфлях на высоких каблуках, вроде тех, что Пери убедил купить Райэннон, за что-то зацепилась у края парома. Она упала на колени, и Гэбриел шагнул, чтобы помочь ей. Она отбросила гриву вьющихся рыжих волос с лица и вытаращила глаза, когда узнала своего спасителя.

— Спасибо, — выдохнула она, опираясь на его руку.

— Все в порядке. — Он помог ей обрести равновесие, отпустил руку и вернулся к Райэннон, которая не сдержала сочувственного короткого смешка: у девушки от разочарования опустились уголки губ. — Смешно? — спросил Гэбриел.

— Конечно, нет. Она не ушиблась?

— Нет. Хотя эти туфли могут быть убийственными. Во многих случаях. — Он стрельнул в нее глазами и улыбнулся. — Как поживают твои?

— Я больше их не надевала. Это идея Пери.

— Пери?

— Он сказал, что я не могу идти в чем-то таком, что ношу на работе. И он повел меня в магазин.

— Повел?

— Он выбрал все, что было на мне в тот вечер.

— Пери? — Гэбриел вытаращил на нее глаза. — Он гей?

— Мужчине не обязательно быть геем, чтобы интересоваться одеждой. Но в данном случае да. Это тебя шокирует?

— Нет! Нет! Мне следовало догадаться.

Вдали уже виднелись приближавшиеся огни зданий и дорог, идущих к гавани. Райэннон зевнула. Гэбриел подтянул ее поближе и пришел в восторг, когда она положила голову ему на грудь. Веки ее опустились.

Она так доверяла ему, что уснула у него на руках! Огромный, гигантский шаг к успеху! Только бы не допустить никакой промашки. Надо обращаться с ней осторожно, чтобы закрепить достигнутое.

Когда паром швартовался, Райэннон проснулась. Но казалось, так в полусне и вышла на улицу, где Гэбриел остановил такси. При виде такси сонливость в глазах вроде бы стала рассеиваться.

— Разве мы не вернемся в офис?

— Я отвезу тебя домой. Ты сейчас не можешь вести машину.

— Моя машина… — запротестовала она, когда он сажал ее на заднее сиденье, садился рядом и давал водителю адрес.

— Я попрошу Мика приглядеть за ней. — Он достал мобильник и начал нажимать кнопки, посылая краткое послание. Потом спрятал телефон в карман.

— Я выпила больше вина, чем привыкла, — призналась Райэннон, подавляя зевок. За обедом они прикончили бутылку.

— И долгие часы работала над этой проклятой мозаикой.

— Это твоя мозаика, — засмеялась она. — Я думала, она тебе нравится.

— Ты истощена.

— Я устала, — поправила она. — И это не твоя вина.

Он и не считал, что это его вина. Но она открыла причину его раздражения.

— Мне следовало отправить тебя домой отдыхать, — проворчал он. — Вместо того чтобы тащить в сумасшедшее путешествие на весь день.

— Мне не нужен отдых.