Глава 3

Я сидел в парке, жевал гамбургер и невзначай высматривал новую жертву. У меня на коленях, перевернутой вниз надписью, лежала картонная табличка. Надпись гласила: «Будьте спокойны, не делайте резких движений, досчитайте до ста и все станет, как было». Мне казалось, что человек, оказавшийся в совершенно непонятной ситуации, обязательно воспользуется единственным советом, который будет у него перед глазами.

Мимо прошел жиробас в костюме и с портфелем. Нет, в него я не хотел нырять. Даже в прохладную погоду у него на лице выступил пот. Пусть тащит свою тушу дальше. Следом прошла группа студентов. Тощие, с редкими бороденками, сутулые и шумные. Нет, такой наркотик не для меня. Потом, ко мне на скамейку подсела старушка. Я бросил на нее любопытный взгляд, а она поняла его как-то по-своему. Зыркнула на меня из-под очков и ушла. Мне показалось, что она попыталась изобразить виляние бедрами, чтобы я понял, чего лишился. Жуть. В старушку переселюсь, когда решу свести концы с жизнью.

И тут на дорожке передо мной показались две изумительные красотки, как Инь и Янь, ослепительная блондинка и роковая брюнетка. Они увлеченно болтали между собой и совсем не обращали ни на кого внимания. Меня задело такое игнорирование, а их красота пробудила сильное любопытство. В женщин я еще не нырял в новом понимании этого слова. Одно дело трогать их снаружи, и совсем другое ощущать их изнутри.

Я выбрал брюнетку. Волнение все равно появилось, но оно совсем не помешало соединению с ней. Состояние «связи» было физически ощутимым. Я дождался, когда девушки уйдут за поворот зеленой ограды, чтобы брюнетка не могла видеть себя моими глазами, и сделал нырок.

— … Прикинь, а он думает, что это он решает встречаться нам или нет, идиот. Зазнался, дальше некуда. Вечером сегодня же пошлю его подальше. Не умеет ценить, не надо, пусть с уродинами встречается.

Я вклинился в эмоциональную тираду, произнесенную блондинкой. Смотреть на другую женщину глазами женщины совсем другое дело. Очарование ослепительной внешностью сразу пропало. То ли недостаток тестостерона, то ли еще какие-то причины. Зато меня задел этот женский шовинизм.

— От таких жаб, как ты любому лучше держаться подальше. Лет через десять, когда будешь выглядеть как переспелая груша, начнешь одолевать его в Одноклассниках, ныть и жаловаться на судьбу, упрашивать о встречах. Но ты уже будешь никому не нужна и протухнешь в одиночестве.

— Ленка! — Блондинка выставилась на меня. — Ты чего, дура! Ты скажи мне, он чё, тебе нравится? Ааа, поняла, у вас уже что-то было? Скотина! — Блондинка замахнулась и ударила меня сумочкой.

Цирк надо было заканчивать. Наверняка, брюнетка уже подходила к сотне. Я резко притянул к себе блондинку, умудрившись правой рукой прижать ее грудь, и поцеловал ее в губы. Секунду любовался ошеломительным эффектом, и резко вернулся назад в свое тело. Я не стал проверять, что сталось с подругами. Сам себя отругал за эмоциональный поступок, который мог стоить разрыва отношений между людьми. Брюнетка, надо сказать, внимательно отнеслась к просьбе на табличке. Себя я застал с картонкой перед глазами, в абсолютно адекватном состоянии.

Мне стало весело от хулиганской выходки. Этой бесподобной парочке давно пора было опуститься на землю. Богини, рожденные из пены. Отскреби пальцем слой боевой раскраски, а под ним бледная невыразительная плоть и точно такой же невзрачный разум. Может быть, я был не прав, и это во мне говорила мужская гордость. Черт с ними, моральное удовлетворение я получил.

Я продолжил высматривать себе новую жертву. Наверное, я вел себя как-то подозрительно, потому что патруль, который прошел мимо меня, пару раз, очень внимательно рассматривал меня.