— Картина не совсем мрачна, капитан. Примерно пятнадцать минут назад я сделала принципиальное открытие.

Воспоминание об откровении вызывает у Таурен улыбку. О нем горьковато-сладко, почти мучительно думать, но в то же время оно воодушевляет. Она нашла подарок Хесста. Нашла, над чем он трудился, когда погиб, и что он спрятал столь тщательно, что оно было бы в безопасности до тех пор, пока она бы не обнаружила его.

— Мой предшественник, — говорит она, — сумел настроить код-убийцу, чтобы бороться с мусорным кодом врага. Он сделал этот шедевр незадолго перед смертью. Это был акт отчаяния и гениальности. Грандиозное и интуитивное произведение кодирования, которое смог бы исполнить лишь Хесст.

— Мы можем использовать его для очистки? — спрашивает Вентан.

— Хесст спрятал код-убийцу в безопасной информационной машине, которую он затем блокировал и изолировал. Эта машина — декларативный когитатор гильдии погрузочных работ в космопорте. Она находится в безопасном бункере в промышленной зоне между космопортом Нумина и аэродромом Ланшира. Она выполняет грузовые операции для обоих портов, а следовательно — ее мощности более чем достаточно, чтобы справиться с объемом данных планетарной оружейной сети. Поскольку это гражданская машина, она не была первоочередной военной целью. Хесст очистил ее при помощи кода-убийцы, а затем запер.

Вот почему он держался до последнего момента, понимает Таурен. Вот почему не покинул свой пост, даже когда мусорный код искалечил его разум. Он должен был закончить. Он был полон решимости закончить. Он держался, сколько мог, чтобы закончить.

— Вы можете контролировать эту машину удаленно? — интересуется Вентан.

— Нет, капитан. Чтобы запустить код-убийцу, мне нужно прямое подключение к ММИ. Как только я очищу путь в систему, то смогу создать новый коллектор и принять командование сетью.

— Попасть в портовую зону будет нелегко.

— Разумеется, будет, — соглашается она. — Есть еще один момент.

— Продолжайте, — говорит Вентан.

— Враг контролирует сеть при помощи захваченной информационной машины на одной из уцелевших орбитальных платформ. Я могу очистить систему, но не в состоянии перехватить управление. Нам нужно, чтобы флот помог, сделав платформу своей целью.

Он кивает.

— А что со здешней машиной? — спрашивает он.

— Она должна оставаться работающей максимально возможный промежуток времени, — отвечает Таурен. — Магос Улдорт вызвалась остаться у машины и поддерживать ее работу, сколько сможет.

— Это смертный приговор, — говорит Вентан, глядя на молодого магоса у модуля ММИ. — Несущие Слово приближаются.

— Весь Калт — смертный приговор, капитан, — отзывается сервер. — Важно лишь то, как мы его встречаем.

Мгновение он молчит.

— Готовьте свой персонал к путешествию, сервер, — произносит он. — Посмотрите, что вам удастся сделать при помощи канала передачи данных, чтобы скоординировать силовой ответ для поддержки нашей атаки на портовую зону.

Он выходит обратно в помещение с воксом. Стоя в дверном проеме, он велит Сидансу, Селатону и Греву мобилизовывать силы.

— Мы эвакуируем это место, — говорит он. — Возвращаемся в порт. Собирайте столько ударной силы, сколько сможете. В особенности — боевые машины. Нам придется пробивать себе путь внутрь.

— Звучит не слишком хорошо, — замечает Сиданс.

— Звучит так, как звучит, — отзывается Вентан. — Это единственный стоящий практический вариант, который у нас остался. Мне нужен этот канал. Нужен вокс. Без координирования флота мы будем тратить время впустую. Скажите магосам, что мне нужен вокс.