— Угу. Спокойной ночи, Томми, — прошептала она и скрылась в своей комнате.

Лиза легла в кровать и мгновенно уснула.

Позже, когда Томми тоже уже лежал в постели и засыпал, он еще раз вспомнил про Маккитрика и подумал, как можно связаться с ним. Он что-нибудь придумает, потому что не хочет… нет, потому что он не должен позволять, кому бы то ни было обижать миссис Сутерлэнд.

Глава 15

На следующее утро Мэтт поднялся рано. Сначала он хотел разбудить Уина и посвятить его в свои планы, рассказать о бедственном положении приюта миссис Сутерлэнд, но, вспомнив, что Уин, должно быть, сильно устал накануне, он только оставил ему записку.

Завтракая в полном одиночестве в ресторане гостиницы, Мэтт не переставал думать о Кэтрин Сутерлэнд и вверенных ее попечительству сиротах. Кэтрин отличалась от всех его знакомых. Она была какой-то особенной, удивительно милой. Он не мог точно объяснить себе, что он чувствовал по отношению к ней, поскольку такую внезапную симпатию и участие вообще трудно объяснить словами. Но он понимал, что в Кэтрин была некая тайна, которая и завораживала его, да и детей тоже.

Ее образ, одинокий, несчастный, трогательно беззащитный, внезапно заслонил все его мысли. Мэтт почти физически ощущал душевную боль Кэтрин и решил сделать все, чтобы помочь ей. Ему казалось, что его желание разделить ее невзгоды и горести было самым естественным. Мэтт с трудом переключил свои мысли с образа Кэтрин на те аргументы, с помощью которых ему предстояло бороться с Маркхамом. Но даже когда он стал тщательно обдумывать визит к владельцу Сан-Джоан, в глубине души ему все-таки хотелось узнать побольше о Кэтрин. Интересно, почему ее муж не помогает ей, почему не прикладывает никаких усилий, чтобы спасти приют? Ведь обязанность каждого мужа — помогать жене, если она попала в беду, если дело ее жизни под угрозой.

После завтрака Мэтт направился к дому мистера Маркхама. Он готовился бороться с ним и, если удастся, отговорить от продажи здания приюта. В первый раз в жизни Мэтт пожалел, что у него нет денег. Если бы он был богат, он бы выкупил здание прямо сейчас. Это бы положило конец всем волнениям. Однако сейчас он надеялся лишь на собственное красноречие. Он подъехал к дому мистера Маркхама и решительно постучал в дверь роскошного особняка.

— Меня зовут Мэттью Маккитрик. Я приехал из Бостона. Можно поговорить с мистером Маркхамом? — вежливо представился Мэтт слуге, открывшему Дверь.

— А по какому делу вы хотели бы поговорить с мистером Маркхамом? — спросил он, бросая осторожный взгляд на молодого симпатичного, прекрасно одетого посетителя.

— Меня интересует одно здание, находящееся в его собственности. Он выставил его на продажу. Я хотел бы узнать подробности. Если у него нет времени, я не буду настаивать.

— Одну минутку. — Слуга был вышколен, он так же превосходно защищал своего хозяина от Мэтта, как несколькими днями ранее защищал хозяина от Кэтрин. Ровно через минуту слуга вернулся и вежливо пригласил Мэтта войти.

— Пожалуйста, подождите в гостиной, мистер Маккитрик. Мистер Маркхам сейчас выйдет.

— Благодарю вас.

Войдя в огромную, просторную прихожую, Мэтт был поражен. Дом и внешне производил впечатление внушительного здания, но внутри он был просто великолепен. Высокий потолок, дорогие канделябры, серебряные дверные ручки говорили о достатке и хорошем вкусе. Дом был огромный, трехэтажный. С первого взгляда было понятно: владельцу такого особняка вряд ли срочно нужны деньги. Что же заставляет его так жестоко обходиться с приютом? Почему ему не терпится избавиться от сирот?

Горничная проводила Мэтта в уютную гостиную. Он внимательно изучал комнату. Все было подобрано со вкусом, но ничто не говорило о личности Маркхама.