– Маргарет, – сказал он, – мама разрешила мне взять ее машину, но мне нужны ключи. Они в чулане, второй крючок. На ключе написано: "Кадиллак V-12". – Маргарет окаменела. – Только не буди маму и ничего ей не говори, – прошептал Джек. – Она сама все поймет, когда машина ей понадобится. Передай, пусть не волнуется – "кадиллак" я верну.

Маргарет принесла ключи, по-прежнему не говоря ни слова.

В ту же ночь Джек поехал в Семинол и остановил "кадиллак" перед публичным домом, в котором раньше работали Хейди и другие девушки. Ни одна из них не вернулась. Джек выпил с одним знакомым самогонщиком, молодым парнем из Куксон-Хиллз, который не раз поставлял в их бордель спиртное. Джек спросил, известно ли тому, что сталось с вышибалами. Самогонщик ответил: Страх живет в Банче с какой-то бабой, переключился на овощи, а Уолтер вернулся в Семинол и работает вышибалой в борделе наискосок от автозаправки Филипса.

– Он служил у меня, но я не знал его фамилии. А ты знаешь? – спросил Джек.

– Уолтер немчура, – ответил самогонщик. – У него нет чувства юмора, и он бесится, когда над ним смеются. А фамилию его я один раз видел на его документах. Фамилия еще та: Дерьмер.

– Как она пишется?

– Так и пишется: Дерь-мер. Но знаешь, что будет, если ты хотя бы улыбнешься, называя его по фамилии, как некоторые тутошние алкаши? Он сломает тебе челюсть. В общем, чтобы все было тихо-мирно, он никому не говорит свою фамилию, и все проходит без неприятностей.

– Дерьмер, – повторил Джек, улыбаясь против воли.

Он узнал Уолтера со спины по толстой шее на могучих плечах, которым позавидовал бы любой борец. Уолтер видел снимки Джека в банке; он знал, что Джек объявлен в федеральный розыск.

– Ты что, спятил? Зачем явился? – спросил он и вытолкал Джека за дверь.

Значит, бывший вышибала сочувствовал Джеку. А может, Уолтеру еще неизвестно о награде за его голову. Сто тысяч долларов за поимку живым или мертвым.

– Уолтер. – Джека так и подмывало назвать его "мистер Дерьмер"; он не удержался от улыбки. – Видишь там "кадиллак"? Он мой. На нем я прикачу к одному нефтяному магнату, который не доверяет банкам. Он держит дома целую кучу денег, на которые рассчитывает безбедно прожить до конца жизни. По моим подсчетам, там у него сто тысяч или даже больше. Хочешь войти в долю?

– Сколько?

– Сорок процентов.

– Как поделим?

– Каждый из нас получит половину, но я возьму еще десять процентов за наводку.

– Как мы их получим?

– Будем следить за домом. Дождемся, пока они уедут за чем-нибудь в город, и войдем.

– Ты говоришь: "Пока они уедут". Кто – "они"?

– Я имею в виду, что у хозяина могут быть гости или он прихватит с собой экономку.

– А если мы не найдем деньги?

– Ставлю десятку, они у него в спальне. Может, завтра и поедем? – предложил Джек. – Если хочешь, сам веди машину, она новенькая, отличная.

В воскресенье днем они вчетвером поехали на машине Вирджила в Окмалджи в кино. Вирджил уверял, что купил "Нэшвилл-31", потому что ему понравилась обивка в цветочек – розовое и зеленое на бежевом фоне; все равно что ехать в машине, не выходя из дому. Они специально взяли машину Вирджила – Наркисса села вперед с большим бумажным пакетом попкорна на коленях, а Карл и Лули устроились сзади – на тот случай, если Белмонт знает, что Карл ездит на "шевроле", и поджидает его одного на дороге.