– Не стоит его ругать, я сам виноват. Видать, в полете продуло вчера немного. Прошу прощения за хлопоты, пора и честь знать. Пойду я.

– Может, отложишь поход? Разбитая кружка – к несчастью.

– Не я же ее разбил. Да и не верю я в приметы.

– Как скажешь, Зеверио.

Когда гость вышел, Лифизио устремил гневный взгляд на собачонку:

– Что ты наделал, дрянной пес! Все дело мне испортил! А ну иди сюда!

Зверушка прижалась к стенке, дрожа всем телом.

– Сейчас напишу записку Гумигио, отнесешь ее немедленно к лесу. Понятно?! И не облизывай свою шкуру, дурак. Бражка должна была усыпить постояльца. Ты хоть соображаешь, как меня подвел?

Пес испуганно закивал.

Лифизио шагнул к столу и неожиданно поскользнулся на пивной луже. Падая, он попытался отойти назад, но левой ногой зацепился за правую, завалился на бок и ударился виском прямо об угол лавки.

Собака попыталась привести Лифизио в чувство, но тот уже не дышал. Видать, примета сработала именно в отношении лично его.

Царьков тем временем успел уйти из деревеньки. Надеялся, что чувство тревоги исчезнет, когда он покинет селение, но не тут-то было – с каждым шагом оно лишь усиливалось.

– Варио, не знаешь, что за зверюгу мы видели в избе? Уши у него странные и башка какая-то здоровая.

– Потому что мозгов много. Это рингун. Почти разумен, способен понимать около тысячи слов хозяина и служит ему до самой смерти.

– А я его за собаку принял.

– Ничего удивительного, они в близком родстве.

– И все-таки куда мы идем? – сменил тему Леонид, заметив, что дорога ведет к лесу.

– В город. Сейчас мы на острове Миттов. В Третьем городе живет мой хороший знакомый. Думаю, он нам поможет.

– В третьем? А сколько их тут всего?

– Тридцать два. Порядковый номер одновременно является названием. Разве тебе об этом еще не рассказали? У нас на каждом острове так.

– Первый раз слышу. Да и от кого мне тут было узнавать? Максимум сведений выдал Даланио, а потом уж мне недосуг было географию вашу изучать, все больше шкурку спасать приходилось.

– Мог бы и меня спросить.

– Как-то к слову не пришлось. Все, с кем общался, просто говорили «город» или «деревня». И никаких названий.

– Да, у нас так принято.

– Варио, а это кто?

На дорогу из леса им навстречу вышли люди. Когда Царьков насчитал двенадцать человек, стало не по себе – с некоторых пор воюющий во сне недолюбливал это число.

– На охотников за дичью они не похожи.

– Значит, ты можешь вздохнуть облегченно, – язвительно заметил Царьков.

«Пьянка не удалась, получается, что нос чесался к драке. Как-то не привык я по утрам морды всякому отребью бить. Может, я ошибаюсь и это группа местных орнитологов, всю ночь изучавших повадки лесных птиц?»

Он внимательно пригляделся к незнакомцам, не снижая темпа ходьбы. Первым шел высокий худощавый парнишка, который то и дело оглядывался, словно проверяя, не остался ли один. Было заметно, что чувствовал он себя в этой компании как-то неловко. «Явно новичок», – отметил про себя Леонид.