Глядя на Мэта, она вспомнила, как тот велел Молли идти домой, потому что иначе она бы не сдвинулась с места. Теперь и ей самой нужен такой совет.

Речел медленно отступала к двери, и с каждым шагом лица братьев становились все менее различимыми. Только не Клинта. Его лицо вырезано у нее в сердце, поэтому никогда не забудется и не размоется, как бы далеко она ни находилась.

Всхлипнув, она выбежала за дверь. Больше так жить невозможно.

Глава 9

После минутного молчания все заговорили хором, и Клинт поднял руку.

— Я пойду за ней.

— Скажи ей, что нам все равно, — обнял его за ногу Коди, — мы приготовим другой пирог.

— Конечно, приготовим! — согласился Дэниел.

— Ей просто нужно еще попрактиковаться, — заявил Джереми.

Глядя на их лица, Клинт понял, что братья любят Речел не меньше его, хотя и по-другому.

— Я верну ее, малый, не волнуйся. — Он ласково потрепал Коди и сказал Джереми:

— Твое предложение имеет смысл. А вы, ребята, займитесь пока новым пирогом. Какой же день рождения без настоящего пирога!..

Джереми кивнул.

— Обязательно. Только не жди чуда, мой пирог может оказаться еще хуже, чем у Речел.

Клинт едва не выпалил, что любой другой пирог будет вкуснее, но вовремя прикусил язык. «Не стоит распространяться на эту тему», — рассудил он.

Речел пряталась на сеновале и, давясь слезами, безутешно рыдала. Сердце у Клинта дрогнуло. Взобравшись по приставной лестнице, он сел рядом с ней на сено.

Стоило Речел увидеть мужа, как она задержала дыхание и перестала рыдать. После довольно продолжительного молчания Клинт сказал:

— Знаешь, Речел, нам все равно, умеешь ты готовить или нет.

— Что значит все равно? Ведь для этого ты и привез меня сюда! Готовить, убираться и следить за порядком в доме, — всхлипнула она.

— Именно этим ты и занимаешься. Следишь, чтобы Коди являлся к ужину чистым и опрятным, ставишь цветы на стол, наводишь везде красоту. Для нас это главное, а как ты готовишь, не столь важно.

— Ты просто так говоришь, — сказала она дрожащим голосом.

— Речел, я не просто говорю. Ты понятия не имеешь, каково нам было здесь до тебя. Когда умерли родители, Коди и Дэниела стали мучить кошмары. А теперь они больше не плачут во сне. — Он помолчал, чтобы Речел осознала услышанное. — Твое присутствие дало мальчикам ощущение безопасности. Кроме того… — У него вдруг запершило в горле. —..Кроме того, я думаю, что полюбил тебя.

Речел тут же перестала всхлипывать и посмотрела на него. Клинт выдержал ее взгляд.

— Ты не будешь так думать, когда узнаешь правду, — дрожащим голосом сказала она. — Я не только неумеха, как ты полагаешь, но еще и ничего не вижу.

— Чего не видишь?

— Ничего! Я почти слепая. Чтобы видеть, мне нужны очки со стеклами толщиной в полдюйма.

— Вроде ты уверяла, что у тебя неплохое зрение.

— Я говорила не правду. Зрение у меня просто ужасное.

Внимательно изучая ее, Клинт припомнил все случаи, когда она вот так же пристально смотрела на него. Однако он всегда считал, что она просто ловит каждое его слово. Значит, она глядела на него широко раскрытыми глазами только потому, что старалась увидеть его! Господи, до чего же он был слеп, иначе бы давным-давно все понял.

— А почему же ты не надевала очки, дорогая?

— Они разбились.