— Тоже может сработать, — произнес Аот. — Но в результате мы окажемся там, где меньше всего хотим оказаться — глубже в Тэе, и, если там мы наткнемся на ещё более сильную армию, то река, что защитит нас от войска Анхаурза, помешает нашему отступлению.

— Значит, ты рекомендуешь нам остаться и принять бой, — констатировала Лаллара.

— Да, — ответил Аот.

— Я согласна, — сказала старуха.

— Как и я, — произнес Лазорил.

— И я, — присоединился к ним Неврон. Услышав это, его фамильяры взревели и захихикали.

— У нас есть шансы на победу? — спросил Самас. — Даже после всех потерь, что мы понесли во время осады первого Кольца?

— Враги свежи, и их много, — произнес Аот. — Но вы четверо являетесь зулькирами. Это должно склонить чашу весов в нашу сторону.

* * * * *

Не обращая внимания на то, что его действия могли привлечь охранников Сзасса Тэма или иных обитателей подземелий, Барерис запел так громко, как только мог. Выдавливая из легких последние частицы воздуха и вложив в звук всю силу своей тренированной воли, он затянул последнюю пронзительную ноту так надолго, как не смог бы никто, кроме барда-нежити.

Темница Зеркала выдержала этот удар так же, как и все предыдущие попытки Барериса разрушить её при помощи магии.

В отчаянии он выхватил меч и, сжимая рукоять обеими руками, попытался разрубить сферу, словно это был шар из мутного стекла. Но, как бы сильно он ни бил, клинок отскакивал от неё, не оставляя ни царапины.

Это плохо. Он думал, что понял, каким образом васутант поймал Зеркало в ловушку. Время вокруг него застыло, и призрак ничего не мог поделать, потому что никакое действие было невозможно, пока минуты не восстановят свой бег.

Но, к сожалению, это мало чем помогло. Песни, которые он обычно использовал в таких случаях, не подействовали, а после исчезновения васутанта он больше не мог влиять на ход времени с помощью магии.

Если он призовет зулькиров, и они перенесутся в эти пещеры, то вполне вероятно, что кому-то из них — скорее всего, Лалларе — удастся освободить призрака. Но, как Барерис уже объяснял своему другу, у него имелись веские причины не звать их прямо сейчас. Может быть, эти пещеры не были напрямую связаны с подземельями замка, а если это было и так, чем дольше зулькиры будут околачиваться рядом с личной резиденцией Сзасса Тэма, тем больше вероятность, что он заметит такое скопление арканных энергий и подготовит для них достойный приём. Следовательно, лучше, чтобы они появились здесь лишь тогда, когда появится реальная возможность добраться до их главного врага.

Возможно, ему стоит продолжить поиски и, когда проход в подземелья будет найден, вернуться сюда и привести помощь.

Но нет. Лишь подумав об этом, он уже понял, что ничего не получится. Архимаги никогда не захотят пожертвовать своим драгоценным временем или пойти на риск лишь для того, чтобы спасти Зеркало. Это просто не в их натуре.

Значит, остается два варианта. Барерис мог просто продолжить свой путь в расчете на то, что, какая бы опасность ни подстерегала его впереди, ему удастся справиться с ней в одиночку. Или же остаться здесь и, прерываясь на отдых, когда его силы истощатся, продолжать свои попытки разрушить пузырь застывшего времени в надежде, что одно из заклинаний все же сработает. И зная при этом, что Сзасс Тэм способен начать свой ритуал в любой момент.

Барерис посмотрел на Зеркало — тень, заключенную в тени. Клинок призрака сиял лунным светом.

— Учитывая, сколько жизней стоит на кону, — произнес бард, — мне следует идти дальше.