Из поясной сумки он достал пять небольших запечатанных серебряных сосудов. В каждом из них хранилось по капле крови, взятой у Аота, Неврона, Лазорила, Лаллары и Самаса Кула. Он сжал их в левой руке и тихо запел, передавая сообщение, которое отправится через сотни миль.

Спустя какое-то время он почувствовал, что созданная им связь окрепла, словно туго натянутая веревка. Завершив первую песню, он начал следующую, которая состояла из тех же нот, размеров и слов силы, которые использовали барды, чтобы переноситься с места на место. Когда он изменил целостность пространства вокруг себя, очертания находившихся рядом предметов, казалось, задрожали и потекли. В воздухе, подобно снежинкам, закружились фиолетовые искры.

* * * * *

Будущее поле боя Аоту понравилось. Хотя за спиной у него и его союзников и окажется Лапендрар, но изгиб реки защитит их правый фланг, а небольшая рощица, где Гаэдинн разместил своих лучников, прикроет левый. Вдобавок у них было преимущество в высоте. Не очень значительное, но разница все равно могла сыграть им на руку.

Убедившись, что Кхорин и офицеры зулькиров расставляют войска в соответствии с планом, он с Джетом в компании полудюжины других наездников на грифонах отправились ещё раз взглянуть на вражеское войско. Как и раньше, он обнаружил, что взгляд его притягивает стальной гигант, шагающий в авангарде. Со-Кехур, аутарх Анхаурза, напоминал скорпиона с несколькими дополнительными конечностями, лицом ему служила маска в виде искаженного гневом человеческого лица, а по размеру он — если к нему было применимо подобное местоимение — не уступал тем кальмароподобным тварям, которые вылезли из-под земли во время битвы за крепость Сожалений.

Его армия также выглядела весьма внушительно. В её состав входили кавалеристы. Копейщики. Арбалетчики. Орки, ужасающие воины, Красные Волшебники. Существа, неспособные переносить солнечный свет, ехали в похожих на гробы повозках. Клубы пыли скрывали марширующие колонны.

— Мы сможем их побить? — спросил Джет.

— Да, — ответил Аот.

— Даже с учетом ущерба, который мы понесли в прошлом бою?

— Да. Откуда вдруг эти сомнения?

— Потому что я чувствую, что творится у тебя в голове, о могучий капитан.

Аот фыркнул.

— Я был бы дураком, если бы ситуация, в которую мы попали, мне нравилась. Но это не значит, что мы не окажемся победителями. Подозреваю, что этот Со-Кехур, кем бы он ни был, понятия не имеет, какой мощью обладают четверо зулькиров.

— Аот… — послышался голос Барериса, напевающий его имя. Удивленный, боевой маг рефлекторно огляделся в поисках барда. На миг он и впрямь его увидел — они с Зеркалом стояли в коридоре, стены которого украшали изображения ящеролюдов. Затем иллюзия растаяла, сменившись видом серых кучевых облаков. Но чувство связи, тем не менее, никуда не исчезло.

Аот ощутил одновременно ликование и раздражение, ведь, хоть Барерису и правда удалось преуспеть в своей миссии, он не мог выбрать более неподходящего момента. Но тут уж ничего не поделаешь.

Откликнувшись на невысказанное пожелание своего хозяина, Джет развернулся и устремился обратно к реке. Аот окинул взглядом выстроившиеся на возвышенности ряды войск, и, заметив в их тылу четыре фигуры в алых мантиях, направил своего фамильяра вниз. Как и обычно, зулькиров сопровождала толпа подчиненных.

— Нам пора идти, — произнес Самас Кул. Аот заметил, что преобразователь отказался от использования своего парящего трона. Его тучное тело снова поддерживал белый светящийся каркас, помогавший ему передвигаться.

— Знаю, — произнес боевой маг. — Ещё один миг, — спешившись, он огляделся и увидел поджидавшего его Кхорина.