В любом случае, было глупо терзаться из-за этой ошибки сейчас. Ему требовалось отыскать способ освободить себя. В конце-концов, Ярпилл же это удалось. Да, в этом ей помогло счастливое стечение обстоятельств, но у Сзасса Тэма был его интеллект. Он сказал себе, что это даже лучше.

В первую очередь — лишь в рамках теоретического исследования возможностей, а не потому, что он вправду верил, что это сработает — он стиснул каменные ручки Кресла и попытался встать.

В ответ Кресло послало в его мозг запрещающий импульс, противопоставляя его желанию подняться на ноги приказ остаться на месте. Его разум охватила сумятица и страх. Сопротивляясь психическому вторжению, он все равно продолжил свои попытки, но его тело словно вросло в камень.

Затем он попробовал перенестись сквозь пространство и, пройдя сквозь пирамиду, покинуть Кресло. Оно снова попыталось поколебать его решимость и нарушить концентрацию. И снова неудачно, но это все равно не имело значения. Его темница все равно удержала его, и в этот миг он ощутил нечто вроде ментального толчка.

Сзасс Тэм попытался связаться с одним из своих капитанов, которые сейчас находились в замке, и почувствовал, как магия, которая должна была подхватить его слова, словно ветер — листья, рассеивается, достигнув поверхности пирамиды.

Он попробовал призвать демона, но на его зов никто не ответил.

Попытка поднять мумий из гробов также ни к чему не привела. Они его не услышали.

Он обрушил пламя и молнии на окружавшую его мерцающую конструкцию и массивный каменный стул, но на них не осталось ни царапины.

Порой Сзасс Тэм тешил себя мыслью, что страх — это то чувство, которое он оставил в тех временах, когда ещё не обнаружил у себя магического дара. Но сейчас он осознал, что боится. С раздражением лич избавился от бесполезной эмоции. Должен быть способ отсюда выбраться! Ему просто следует его найти.

Некоторое время он предавался размышлениям, полностью уйдя в свои мысли, пока в конце-концов его внимание не привлек к себе исполненный ненависти взор Наблюдателя. Но даже после этого ему потребовалось некоторое время на то, чтобы осознать — это существо может оказаться чем-то большим, нежели простой помехой.

Он уже успел убедиться в том, что, даже если ему удается преодолеть психическое вмешательство Кресла и сотворить заклинание, при попытке пройти сквозь пирамиду оно рассеивается. Именно поэтому у него и не получилось пробудить мумий или призвать демона.

Но Наблюдатель находился одновременно и внутри пирамиды, и за её пределами. Такова была его природа — присутствовать в любой точке пространства тех мрачных склепов и коридоров, что являлись его владениями.

Сзасс Тэм произнес заклинание связывания. Его руки, проделывающие в воздухе необходимые пассы, оставляли за собой алые светящиеся следы.

Возможно, из-за влияния Кресла Такорсила заклинание вышло далеко не таким мощным, как при обычных обстоятельствах. Или же рассредоточенность Наблюдателя и его неопределенная натура делали его нелегким объектом для подчинения. В любом случае, произнеся последние слова, лич ощутил, что не смог подцепить рыбку на крючок.

Но это не имело значения. Он является величайшим некромантом на всем Фаэруне и сможет это сделать. Глубоко вздохнув, он начал заново.

Вскоре он потерял счет своим попыткам. Но наконец, когда даже его силы практически истощились, он ощутил, что заклинание сработало. Оказавшись в его ловушке, призрак забился, словно заяц, попавший лисе в пасть.

— Достаточно, — произнес Сзасс Тэм. — Осознаешь ты это или нет, ты жаждешь забвенья, и я готов дать его тебе.