— Мутреллан являлась последней по-настоящему великой иллюзионисткой. Сзасс Тэм убил её во время Войны Зулкиров, и орден, который она возглавляла, распался вскоре после окончания Магической Чумы. И все же некоторые из нас изучили столько его секретов, сколько оказалось в наших силах.

— Значит, вы справитесь, я уверена, — произнесла Джесри. — Итак, таков и будет наш план. Очевидно, детали ещё предстоит проработать, но, к счастью, немного времени у нас есть. Некроманты и их твари не пойдут в атаку до захода солнца. Но нам ждать совсем необязательно. Прежде чем заняться чем-нибудь ещё, мне бы хотелось дать врагу слегка прочувствовать, что мы — простите, великие и ужасные зулкиры, — готовим им после наступления ночи. Кое-что, чтобы им было о чем подумать, преодолевая последние полмили, оставшиеся до поля боя.

* * * * *

Аот полагал, что вид Сзасса Тэма, появившегося из катакомб в компании своих давнишних врагов, непременно вызовет в крепости настоящий ажиотаж. Едва ли кому-то из его подчиненных доводилось видеть членов этого пестрого отряда раньше, но любой, кто слышал рассказы о тучном, отдышливом Самасе Куле в роскошных, украшенных драгоценностями одеяниях или могучем, презрительно усмехающемся Невроне, покрытом татуировками с изображениями демонических ликов, сразу бы понял, кто перед ним находится. После этого догадаться о личностях Лазорила и Лаллары не составило бы никакого труда, в то время как Аот, Барерис и Зеркало сами по себе выглядели достаточно необычно, чтобы привлечь к себе внимание.

И все же почтительность перевешивала любопытство, и слуги поспешно расступались в стороны перед своим повелителем. Поэтому их необычный отряд, сопровождаемый перешептываниями, продвигался по Цитадели без каких-либо помех.

— Я бы мог…

Удивлённый, Аот завертел головой. За миг до этого, или, по крайней мере, так ему казалось, Сзасс Тэм шагал впереди их процессии. Но теперь каким-то образом он очутился рядом с ним.

-..перенести всех нас на вершину крепости в мгновение ока, — продолжил лич. — Но решил, что пара-тройка минут все равно не сыграет особой роли, а во время прогулки у нас с тобой появится возможность побеседовать. — Сзасс Тэм улыбнулся. — Вдобавок это единственный шанс полюбоваться на то, как Самас Кул взбирается по лестнице. Не то, чтобы это было особо приятное зрелище, особенно со спины.

Аот огляделся. Кажется, никто из его союзников не заметил, что лич пытается завязать с ним разговор. Даже Джет, несмотря на их психическую связь.

— Я сделал так, чтобы они не обращали внимание на происходящее, — некромант взглянул на свою левую руку. Кольца исчезли с его иссохших пальцев, а на их месте мгновение спустя появились другие. Очевидно, он готовился к бою. — Заклинание рассеется, если я попытаюсь нанести смертельный удар или проделать что-либо в этом духе, но оно дает нам шанс переговорить тет-а-тет.

Аот сделал вдох.

— Откровенно говоря, Ваше Всемогущество, я понятия не имею, отчего вы считаете, что нам есть о чем разговаривать. Вы хотите уничтожить всех, в том числе и меня. На данный момент обстоятельства сложились так, что мы вынуждены сражаться на одной стороне, но это не означает, что я все забыл.

Сзасс Тэм вздохнул. От его дыхания исходил запах застарелого тлена.

— Капитан, совершенно очевидно, что срок твоей жизни был каким-то образом продлен. Иначе бы тебя здесь не было.

— Голубое пламя. Похоже, оно повлияло не только на мои глаза.

— Ах. Ну, если тебе удастся прожить столько же, сколько мне и Маларку, ты поймешь, сколь убогим и ничтожным местом является наш мир, — в руке Сзасса Тэма возник серебряный посох. Осмотрев его, лич заставил его исчезнуть. — Ничто здесь не достойно существования, и мы с тобой не являемся исключением.