— Сам подумай. Лилетт и Аскар едва-едва закончили университет, откуда им знать, что эльфы делают с младенцами? В их семьях воспитание идет не так, как в семьях людей или оборотней. Мы растим своих детей сами, старшие братья и сестры помогают родителям. У них же после отнятия от груди ребенка отдают на воспитание самому достойному из семейства, и кровная связь опекуна совершенно не обязательна. А мама с папой могут изредка навещать ребенка. Или не навещать, на их выбор. Это же ребенок не по любви и природе, а по заказу и сговору семей. Бывали случаи, когда эльфийки отказывались отдавать детей на сторону, в таком случае, воспитатель сам приходил к ним ежедневно.

Если тебе это правило кажется диким, вспомни про чудовищно медленную обучаемость эльфийских детей, а ведь их еще нужно подготовить к детскому саду, создать у них привычку к определенному рациону, обстановке, расписанию. Далеко не каждая эльфийка, уже взрослая, с быстрым мышлением, сможет посвятить двадцать лет своей жизни ребенку, снова и снова повторяя одни и те же действия. А ведь нужно еще обустроить детскую комнату, идентичную той, что в детском саду.

И это еще один довод в копилку, говорящий о том, что медленное развитие — не типично для эльфов, иначе бы природа позаботилась и об аналогичной реакции мамочек.

Так что думаю, что все дело в отсутствии какого-то дополнительного раздражителя, который должен был тормозить развитие Лея. Я проверял: если взять за основу его фактический возраст, слова деревенских и ту фотографию, то Лей развивался примерно так же, как показывают собранные данные по скелетам, разве что повыше будет, но это стандартная тенденция по всем расам за последние века.

И только после этого я решился, собственно, на само похищение. Сначала, конечно, обустроил эту комнату, разузнал его маршруты, а потом и… Я не горжусь этим, но и не сожалею. Я сделал то, что должен был сделать.

Когда Лей очнулся в квартире, я был рядом, объяснил ему кратко ситуацию, и он не стал сопротивляться.

— Да и как бы он смог? Худенький эльфенок дерется с взрослым оборотнем! Ты сам-то как это представляешь? — разозлился я. Как оказалось, я все еще не мог простить Дэна. Не за само похищение ребенка, а за то, что похититель — оборотень.

— Я не причинил ему никакого вреда, — повысил голос Дэн, глядя мне прямо в глаза, — хорошо кормил, давал ему на выбор книги. Кроме того, он согласился с необходимостью такого шага. Да он ведь всю жизнь считал себя выродком! А мое исследование давало ему надежду, что не он урод, а все остальные эльфы.

— Конечно, — я вскочил на ноги. — Именно поэтому он и удрал при первой возможности. Может, свобода была ему нужнее, чем какие-то исследования? Об этом ты не подумал?

— Но ведь я оказался прав! — рыкнул Дэн, тяжело вставая напротив.

— Что?

— Я был прав. Мы сравнили кровь нескольких десятков эльфов и кровь Лея. И есть существенные отличия, которые мы смогли выявить только благодаря Лею, нулевому эльфу. Эльфу, который не проходил никаких процедур.

— И в чем заключаются эти отличия? — спросил я уже спокойнее, моя злость незаметно растворилась.

— Если сможешь разобраться, то вот тебе распечатка анализов, — и Дэн протянул мне длинный свиток. — Слева данные по Лею, справа — по другим эльфам. Красным подчеркнуты те показатели, которые отличаются более чем на пятьдесят процентов, оранжевым — от десяти до пятидесяти, синим — менее десяти процентов. Мы еще не успели выяснить, что именно вызывает такие отличия, да и не рассчитывали узнать так быстро, прошла всего неделя.