С этими словами Сэм отвернулся от Гринли. Нефтяной принц удалился в глубь двора, где тихо и злобно начал что-то бормотать себе под нос.

Лошади, мулы и лошак были расседланы и теперь все они паслись на свежей траве либо уютно устроились на речном мелководье. Во дворе натянули импровизированные палатки — такое множество людей, конечно же, не могло найти приют во внутренних помещениях ранчо. Затем за дело взялись женщины, и скоро по двору разнесся дух жареного мяса и свежевыпеченных кукурузных лепешек. К начавшемуся пиршеству пригласили Хромого Фрэнка и Тетку Дролла. Другие должны были сами позаботиться о себе.

Душа Фрэнка смеялась и ликовала, когда он увидел, как заботится о нем фрау Розали Эберсбах, урожденная Моргенштерн, овдовевшая Лейермюллер. Она накладывала ему лучшие куски, а он вынужден был есть больше, чем обычно, чтобы не обижать соотечественницу. Когда все же в него больше уже ничего не лезло, он энергично поблагодарил фрау, но та не унималась и попыталась уговорить его съесть еще одно дымящееся кукурузное пирожное:

— Возьмите только одно, герр Фрэнк! Я даю их вам от всей души. Понимаете?

— О да! — попробовал улыбнуться Хромой. — Я уже раньше видел, как вы ко мне расположены. Чуть даже не получил пощечину…

— Это потому что я не знала, кто вы. Если бы мне было известно, что я говорю со знаменитым Хромым Фрэнком, никаких недоразумений бы не было! Но я не только образованная, но и храбрая женщина, я точно знаю, как себя вести, если с дамой обходятся не с должным мягкосердечием. Поэтому никому не советую оскорблять меня!

— Повторяю вам, об оскорблении дамы не было и речи. Я только хотел проявить внимательность, потому что ваш лошак выказал явную непокорность. Вы зря упрекали меня, ведь ваше животное вело себя не по-джентльменски по отношению к вам.

— Зачем нападать на него? У вас нет на то ни малейшей причины. Я уж как-нибудь справилась бы с ним одна, ибо кое-что понимаю в обращении с ослами. Вы меня еще узнаете. Когда вам будет нужна крайне решительная персона, смело обращайтесь ко мне. Я не боюсь никаких ослов или мулов, никаких краснокожих, да и никаких бледнолицых. Герр кантор эмеритус рассказывал нам много милого и хорошего про вас, и я полюбила вас, так сказать, заочно и готова помогать в любой нужде, в любой опасности. Вы можете на меня положиться. За вас я пойду в огонь, если будет нужно. Ну, возьмите еще кусочек говядины, это лучшее, что у меня есть для вас.

— Спасибо, спасибо! — отбивался Фрэнк. — Больше не могу, действительно не могу. Я набит битком и если съем хоть что-нибудь еще, то получу несварение желудка.

Потом приготовили кофе, и каждый получил возможность пропустить несколько полных кружек горячего напитка, столь популярного в прерии.

Целью завтрашнего дня было одинокое пуэбло, затерявшееся где-то у южных склонов гор Моголлон. Чтобы добраться туда до вечера, нужно было выехать вовремя и не делать слишком частых и долгих остановок. Однако никто не лег спать пораньше. Слишком много надо было рассказать друг другу. В этот вечер наладились братские отношения между Хокенсом, Стоуном и Паркером, с одной стороны, Фрэнком и Дроллом, с другой. С этого момента они стали друг с другом на «ты».

Что касается Нефтяного принца, то и он в разговорах принимал активное участие. Это произошло только из-за банкира, который не понимал немецкого и ради него многие заговорили по-английски; потому и Гринли был втянут в беседу. Последний прилагал массу усилий, чтобы пробудить к себе симпатию, но поселенцы так и не прониклись к нему доверием, вероятно, потому, что они очень мало понимали по-английски.

Зная своеобразный характер маленького хитрого Хокенса, веселый нрав Дролла и оригинальность Хромого Фрэнка, можно понять, что разговор шел весьма оживленный.