– В таком случае вам с Бинк придется отвлечь чуточку больше внимания.

Нетерпеливо зарычав, Чубакка указал на дверь.

– Да, нам нельзя больше задерживаться, – неохотно признал Лэндо. Он не хотел, чтобы Инджер шел с ними. Но как удержать его в номере? Не связывать же по рукам и ногам и не приставлять к нему Рашель? – Хорошо. Но… – Калриссиан предостерегающе поднял палец. – Ты не лезешь вперед, делаешь только то, что говорят, и сам не привлекаешь внимания. Все понял?

– Все понял, – цинично улыбнулся наниматель. – В конце концов, если Виллакор меня поймает, ваши сто шестьдесят три миллиона внезапно превратятся в восемьсот тысяч. Мы же не можем этого допустить?

– Забудь о деньгах, – прорычал Калриссиан. – Мы знаем, что делаем. Ты – нет. Так что не путайся под ногами.

– Можешь мне верить, – тихим голосом промолвил Инджер. – Я не намерен сегодня умирать.

– Вот и хорошо, – ответил игрок, – потому что мы тоже не спешим расстаться с жизнью.

Он глубоко вздохнул.

– Все, выдвигаемся.

Снова раздался нестройный хор подтверждений, и все потянулись к двери. Шедший последним Лэндо нахмурился. Ему было трудно различить в общем гомоне, но он был готов поклясться, что Винтер только что сказала…

– Винтер?

– Что? – спросила та, оборачиваясь.

У Калриссиана дернулась губа.

– Ничего, – произнес он и двинулся дальше.

Потому что в нынешние времена никто более не говорит «да пребудет с нами Сила». Никто, кроме повстанцев и религиозных фанатиков.

И если Винтер была кем-то из них, Лэндо совсем не хотелось об этом знать.

Глава 18

Дозер припарковал спидер на крыше за полквартала от гостиницы и вырубил зажигание.

– Мы на месте, – сообщила Винтер по комлинку, выслушала ответ и кивнула. – Хорошо, дайте знать, когда.

Она выключила устройство и отложила в сторону.

– Остальные идут внутрь, – сказала девушка. – Лэндо позвонит, когда мы понадобимся.

Дозер кивнул, наблюдая за входом на парковку «Короны Лулины».

– Отлично, – ответил он.

– Ты готов?

Угонщик стиснул зубы. Нет, он абсолютно не был готов. И если у Винтер есть хоть капля мозгов, то и она тоже. Потому что там, внутри, их ждал фаллиин. Фаллиин! Тот самый, что однажды едва не заставил Дозера выболтать такое, что тому совершенно не хотелось рассказывать. Фаллиину всего-то потребовалось мило улыбнуться, вежливо спросить и заполонить легкие угонщика биохимической отравой.

Дозер всегда гордился своим умением управлять ситуацией. Всегда. Даже работая на большого дядю, он в той или иной мере оставался независим, и такое положение дел его более чем устраивало. Он сам выбирал, выполнять или пропускать мимо ушей спорные или опасные приказы. Он сам решал, как и когда проворачивать сделки. Он сам оценивал, когда стоит придерживаться правил, а когда обойти.

Фаллиин лишал его любых свобод. Фаллиин мог забрать у него все.

Дозер мельком взглянул на Винтер. Девушка не сводила глаз с ворот гаража, но не могла не почувствовать его взгляд. И на ее лице не отражалось страха. Только спокойствие и сосредоточенность.

Губа Дозера дернулась. Она же почти вдвое младше его. И близко не такая рослая и жилистая. Должно же ей хватить ума понять, сколь ничтожны их шансы против воротилы из «Черного солнца» и его амбалов.

Возможно, она и нервничала. Просто не показывала. А может, ей было все равно. Может, ее заботил только результат операции. И будь Дозер проклят, если позволит какой-то малолетке обставить его.

Если вдуматься, они все, по большому счету, игнорировали Дозера с самого первого дня.