Она надавила на активатор, и в мгновение ока, едва обе девушки повалились на землю, красное шелковое платье Бинк втянулось в «яйцо», оставив девушку в точной копии коричневого платья Тавии. Схожим образом исчезло с глаз долой и коричневое одеяние Тавии, а под ним обнаружилось красное – в точности, как у Бинк.

В результате падения Бинк оказалась снизу. Тавия моментально откатилась в сторону, позволяя сестре перевернуться на живот и скрыть лицо от взора Шекоа. Закончив «пируэт», Бинк осторожно встала на четвереньки. Спустя секунду с полдесятка рук сомкнулись на ее запястьях, столько же вцепилось в Тавию, и обе девушки тут же оказались на ногах.

Очутившись позади сестры и пытаясь определить, не заметил ли Шекоа подмену, Бинк отряхнулась и стала проталкиваться сквозь толпу, заверяя обеспокоенных свидетелей происшествия, что с ней все в полном порядке. Кто-то протянул ей шляпу. Рассеянно улыбаясь, она поблагодарила участливого прохожего и водрузила убор на голову.

– Ты цела? – грубовато спросил Шекоа у нее за спиной. Бинк напряглась…

– Все хорошо, – сказала Тавия, пытаясь восстановить дыхание. – Прости, я вовсе не хотела тебя хватать.

– Ничего страшного, – заверил ее кавалер. Его голос по-прежнему звучал резковато, но скорее от раздражения, чем от подозрительности. – Этот вуки – тупой неуклюжий олух. Ты не пострадала?

– Нет-нет, все нормально, – снова ответила сестрица. – Я думала, он сейчас меня растопчет.

– Больше не посмеет, все хорошо, – успокоил девушку Шекоа, и Бинк пусть и не могла их видеть, хорошо представляла, как он берет Тавию под руку и мягко, но уверенно привлекает к себе.

Вдруг сквозь гул толпы и шипение огненных аттракционов до них донесся звук бьющейся посуды.

– Ой-ой, кому-то придется заняться уборкой, – прощебетала Тавия. – Тут и помимо вуки неуклюжих олухов хоть отбавляй.

Слова еще не успели сорваться с ее губ, как тот же шум повторился снова – иным был лишь его источник. Вскоре еще более громкий звук отразился от стены особняка. На этот раз ему вторил то ли женский, то ли детский крик.

– Неуклюжесть тут ни при чем, – бросил Шекоа. – Пошли.

Краешком глаза Бинк различила фигуры Лаписа и Тавии, спешащие туда, где имело место последнее из происшествий. Миг спустя они растворились в толпе.

Слегка улыбнувшись, взломщица неторопливо направилась прочь. Больше не стоит опасаться, что что-нибудь пойдет не так.

План работал без единой помарки. Чубакка и Тавия выполнили свою часть дела, и, судя по тому, что грохота, криков и воплей только прибавлялось, Келл с Зербой тоже справились со своей.

Очередь за Бинк. Ее уже ждут у гаража в северном крыле. Размышляя, насколько велики будут последствия неразберихи, учиненной дроидами, Бинк ускорила шаг.

* * *

Дейджу никогда прежде не избивали фаллиины, и если удар Казади был типичным для их народа, будет лучше, если подобный опыт станет в его жизни первым и последним. Одного-единственного удара было достаточно, чтобы ноющая боль надолго засела в черепе и грудной клетке. Но физические страдания не шли ни в какое сравнение с тем, что царило у него внутри.