— Ты обратилась ко мне за помощью, чтобы спасти бизнес своего брата. Ты предложила брак по расчету. Я тебе нужен, не забыла?

— Не угрожай мне. Не смей мне угрожать.

— Я тебе не угрожаю. Я просто указываю на конкретные факты. Для тебя в этом браке больше, чем для меня, поставлено на карту. Я прекрасно обойдусь без доходов, которые когда-либо смогу получить от беспроволочной технологии Дэниэла.

— Вот как?

— Да. Ты же, напротив, прижата к стенке. Ты отчаянно хочешь сохранить «Линкрофт». И я единственный, кто может сделать это для тебя, Энни.

— Что ты имеешь в виду? Если я не буду держаться в стороне от твоих семейных дел, ты оставишь меня и бросишь на произвол судьбы?

Оливер стиснул зубы.

— Я надеюсь, что до этого не дойдет, правда? Ты не только импульсивная, но еще и умная. Достаточно умная, чтобы понимать, когда ты слишком далеко заходишь. Сегодня ты переступила черту, Энни. Больше этого не делай.

Энни подняла руку в примирительном жесте.

— Почему ты так злишься на меня? Что я такого сделала?

— Я сказал тебе, что ты сделала. Ты по собственной воле вмешалась в семейные дела, в дела, которые не имеют к тебе никакого отношения. Тебе не нужно было влезать в это, Энни.

— Я просто сидела там и болтала.

— Ты намеренно все разрушила, — ровно произнес Оливер.

— Я все разрушила? — повторила за ним Энни. — Ну перестань, Оливер. Ты что, хочешь сказать, что у меня для этого достаточно сил? Ты признаешь, что, когда я пригласила себя к вам на ленч, мне удалось спутать все твои аккуратно продуманные планы?

— Перестань, Энни.

Она шагнула к нему.

— Ты хочешь сказать, что я, маленькая Энни Линкрофт, поставщик причудливых предметов искусства, обладаю достаточной силой, чтобы заставить всемогущего Оливера Рейна отказаться от своих хитрых планов мщения?

— Энни, я тебя предупреждаю!

Она сделала еще один шаг к нему.

— Господи, Оливер, не могу поверить в то, что мне так легко удалось нарушить ход истории.

— Я сказал, довольно, Энни. Я серьезно. Что нужно сделать, чтобы тебя остановить?

— Ну что ты, Оливер, я не уверена, что меня что-то может остановить. — Она протестующе взмахнула правой рукой. — По твоим словам, я сила, с которой нужно считаться. У меня достаточно мощи, чтобы изменить всю твою жизнь, стоит лишь пригласить саму себя на ленч. Одному Богу известно, что могло бы произойти, если бы я присутствовала на ужине с кем-то из твоих врагов.

Оливер сидел неподвижно. Его пальцы, лежавшие на столе, все еще были так крепко сжаты, что Энни заметила, как побелели их суставы.

— Ты хочешь или нет, чтобы я сохранил для тебя «Линкрофт»? — спросил Оливер.

— Оставь свои угрозы. — Энни направилась к двери. Взявшись за ручку двери, она обернулась. — Ты прекрасно знаешь, что их не выполнишь.

— Не выполню?

— Нет. И я скажу тебе почему. Потому что ты знаешь не хуже меня, что это не я заставила тебя отказаться от твоего плана использовать сына Шора в качестве оружия. Ты сам отверг его. Только у тебя одного было достаточно сил, чтобы это сделать.

Оливер все еще не шевелился.

— Ты мог бы продолжать шантажировать Шора, если действительно хотел это сделать. Я бы не смогла тебя остановить. Тебя никто не смог бы остановить. — Энни открыла дверь.

— Вернись, Энни!

— Теперь я понимаю, почему ты в ярости. Ты на меня злишься, потому что сегодня я заставила тебя остановиться и подумать.