Румянец Энни усилился.

— Господи, это становится все невыносимее. Я только пытаюсь объяснить, что считаю тебя вполне нормальным.

— Нормальным, но странным?

— Скорее необычным, оригинальным, — произнесла она в отчаянии. Он слегка улыбнулся.

— Энни, я сказал тебе, все нормально.

— Да, но я бы не хотела, чтобы ты подумал, что и…

Он остановил ее безудержные извинения, положив свою ладонь ей на губы.

— Довольно. Давай остановимся на оригинальном. Я люблю оригинальное.

— Правда? — пробормотала она ему в ладонь.

— Да. Так случилось, что я тоже тебя нахожу оригинальной.

— В самом деле? — Ее глаза расширились.

— Да. В самом деле.

«Еще слишком рано», — подумал Оливер, но все равно решил поцеловать ее. Казалось, он не мог больше сдерживать себя. Он отклонился на спинку скамейки, раскрыл свои объятия и медленно, но решительно притянул Энни к бедрам.

Она сопротивлялась только секунду. Следующее, что Оливер почувствовал, была Энни, тянувшаяся к нему в радостном забвении. Ее руки ухватили его за плечи. В ее глазах отражалось женственное ожидание. Когда он отнял ладонь от ее рта, то увидел, что губы Энни слегка раскрылись в чувственном возбуждении.

— Ты напоминаешь мне один из моих папоротников, — признался Оливер.

— Правда? — Сравнение явно ей понравилось.

— Да. — Он наклонил голову. Медленно и решительно приник к ее рту и почувствовал, как по ее телу пробежал ток, обостривший и без того сильное его желание.

Ее рот был именно таким на вкус, как он и представлял, — свежим, полным обещаний, словно самый экзотический папоротник в его саду.

Пальцы Энни резко сжали ткань его сорочки. Она самозабвенно припала к его губам, как измученный жаждой путник к воде, вздрагивая и наслаждаясь.

«Я тоже дрожу», — в легком шоке понял Оливер. Его руки подрагивали от страсти. Мгновенная, абсолютно нескрываемая реакция Энни на его желание наполнила его чувством удовлетворения.

Он еще долго стоял так, сжимая ее между бедер, смакуя возбуждение и предвкушение близости. Он чувствовал ее мягкую грудь на своем теле. Ее бедра прижимались к нему, и его кровь приливала ко всем членам. Энни была именно такой, какую он хотел, именно такой, какая была ему нужна. Он не ошибся на ее счет в тот вечер на помолвке Дэниэла.

Оливер заставил себя медленно провести ртом по губам Энни, пытаясь понять степень ее желания. Она что-то настойчиво пробормотала.

— Что ты сказала? — спросил он, не придавая ее словам большого значения. Он зажал мочку ее уха между зубами и слегка прикусил. И снова дрожь пробежала по ее телу. И снова он почувствовал обжигающее желание овладеть ею прямо в оранжерее.

— Я сказала, что это может только осложнить все дело, — задыхаясь, промолвила Энни.

— Нет, все, наоборот, только упростит. — Оливер был уверен в этом. Теперь он уже точно знал, что может заставить ее ответить на его желание. Как только она окажется в его постели, то будет полностью принадлежать ему.

Энни слегка отстранилась, чтобы взглянуть в лицо Оливеру.

— Как ты можешь так говорить?

— Энни, я тебя хочу. Ты меня хочешь. Мы женаты. Что может быть проще?

Как только эти слова вырвались у него, он понял, что допустил серьезную ошибку. Выражение глаз Энни резко изменилось. Она оттолкнула его и вырвалась из объятий.

— Подожди минуточку. — Женщина бросила на него настороженный взгляд. — А как ты себе представлял нашу маленькую деловую договоренность?

— Так, как ты этого хотела, — мягко ответил Оливер.