Энни подняла подбородок.

— Я проделала более точный анализ.

— Я вижу.

— Так вот, у тебя сильная, естественная тенденция доминировать над всем и всеми в своей жизни. Возможно, это результат того, что в раннем возрасте ты принял на себя такую большую ответственность. Хотя, может быть, это у тебя с рождения. Таких, как ты, Оливер, называют деспотами.

— Я буду иметь это в виду. — Оливер сделал шаг по направлению к ней, но остановился, когда она подняла палец. — Еще что-нибудь?

— Еще много чего. Тебе позволили превратиться в тирана. С тобой никто не может сравниться. Твои родственники уважают тебя и восхищаются тобой, но еще больше тебя боятся. Тебе удается сохранять свои диктаторские замашки, потому что никто не имеет права тебе возразить и положить этому конец. Однако я тебя не боюсь, Оливер.

— Я рад. — Он сделал еще один шаг к ней, медленно и терпеливо приближаясь.

Энни отошла еще немного и остановилась.

— Нам будут необходимы некоторые перемены.

— Вот как?

— Да. Для начала я не хочу, чтобы Болт шпионил за мной. У меня от этого мурашки по коже бегают. Подумай, как бы ты себя чувствовал, если бы кто-нибудь постоянно крался за тобой.

Оливер взвесил ее слова.

— Хорошо.

Женщина с опаской взглянула на него.

— Я говорю серьезно. Я не потерплю, чтобы он прятался в кустах, выслеживал меня.

— Я сказал, хорошо.

— Правда? — Энни была смущена легкостью своей первой победы. — Ты обещаешь, что не будешь требовать от него шпионить за мной?

— Он не шпионил за тобой. Он для твоей же пользы наблюдал за тобой. Ну хорошо, я обещаю, что не буду больше просить его об этом. После того как мы все обсудили, такая необходимость отпала. Поставим же на этом точку.

Энни охватило ликование. Она одобрительно улыбнулась Оливеру.

— Это чудесно. Я знала, что ты не такой уж бесчувственный, просто немного толстокожий.

— Спасибо.

— С сегодняшнего дня мы будем обсуждать все вопросы по мере их возникновения, — настойчиво сказала Энни.

— Я постараюсь. Но я не так уж энергичен в этом отношении. Ты будешь терпелива со мной?

— Конечно, — заверила Энни.

Внутри у нее все ликовало от восторга. Оливер достаточно к ней внимателен, чтобы попытаться изменить себя. Едва ли женщина может требовать большего от мужчины. «Возможно, он начинает в меня влюбляться», — счастливо подумала Энни.

— Я рад, что мы немного поговорили, — сказал Оливер.

— Я тоже. Дело в том, Оливер, что нельзя всю жизнь манипулировать людьми и запугивать их, даже если ты считаешь, что делаешь это для их же пользы.

— Понимаю.

— Ты должен научиться доверять другим, если хочешь, чтобы они доверяли тебе. Доверие строится на доверии. Подозрение рождает только подозрение.

— Я ценю твои суждения по этому вопросу. — Оливер раскрыл объятия. — Теперь мы можем вернуться в постель?

Энни сразу же направилась к нему.

— Да, — произнесла она, уткнувшись в его обнаженную грудь.

Он взял ее на руки и понес обратно к скрытой в полумраке постели.

Глава 9

Оливер сгруппировался, намеренно медленно вывел свое тело из позиции йоги и, опустив плечи, сделал мостик. Не прерывая ритм движения, он перевернулся на живот и мягко выгнулся, как кобра. Его мышцы сгибались и разгибались очень легко, подчиняясь любой команде, которую он им давал. В его жилах бурлила энергия.