— Я просто не знаю, что от этого ожидать. Когда я стала оборотнем, то восприняла это довольно легко. Но теперь… Я знаю, какой может быть Ашана… И это… В общем, все не так оптимистично, как хотелось бы.

— Но раньше ведь это не так сильно беспокоило тебя… Прости может, я вмешиваюсь не в свое дело, но я пытаюсь лучше тебя понять, моя дорогая, — все это она говорила, обнимая меня за плечи.

— Раньше… раньше я не так много знала о своем прошлом, лишь урывками. А теперь, из-за этих снов картина практически полная, — вздохнула я.

— Сны… но мне они не показались настолько пугающими. Вы трое исполняли свой долг, служили Баст, и весьма достойно. И все то, что делала Ашана — я все это вполне понимаю. Меня сложно шокировать подобным.

— Да, но в последнее время я все чаще задумываюсь чем же или кем я стану в конце концов.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты ведь присутствовала, когда Баст навсегда покинула наш мир?

— Да.

— Сейши-Кодар, ты знаешь, не просто оборотни. Это был аналог валькирий Одина — низшие божества. И вот теперь я могу оказаться бессмертным божеством. Часть этого во мне, в моей магии, уже есть, но неизвестно стало ли это мое возрождение полным.

— Божество…

— Именно. Вот чем это может закончится… или нет. Черт! А ведь не так давно я была обычной девчонкой! Почему я не могу быть хотя бы простым оборотнем?

Я знала, что Иветта не может ответить на этот вопрос, да и вряд ли кто вообще сможет. И что же остается? Я оборотень с силой, подавляющему большинству и не снившейся. Также в моих жилах течет сам ветер, который порождает магию. Мда… вот такой я забавный зверек, получается… Грустно усмехнувшись, я уронила голову на руки.

В комнате стало как-то очень тихо, потом я почувствовала ласковую руку Иветты в своих волосах. От этого простого прикосновения сразу стало как-то спокойнее, теплее даже. Я явственно ощутила запах леса. И все это исходило от Иветты. Узы, связывающие нас, дали о себе знать, окутывая, перетекая от нее ко мне и наоборот. Я и правда стала кайо. Мы могли не только чувствовать друг друга, видеть одни и те же сны, но и делиться силой, и Бог знает, что еще.

Мне вдруг безумно захотелось потереться о руку верволчицы, и в этом желании не было ничего человеческого. Пантера проснулась во мне, разбуженная силой Иветты, и выглянула из глаз, заставив зрачки по-кошачьи вытянуться.

Я повернулась к Иветте и улыбнулась. На что та спросила:

— Ну что, получше стало на душе?

— Думаю да. Наверное, я должна сказать тебе спасибо.

— Всегда рада помочь тебе, хотя бы этим. Я обязана тебе гораздо большим — своей жизнью.

— Мы давно уже квиты, — отмахнулась я. — Я не забыла, как ты выхаживала меня.

Да, в последний раз мне пришлось действительно худо. Кшати очень сильно располосовал мне спину — чуть ли не до позвоночника, а так как он был вампиром, то раны заживали очень медленно. Я валялась в беспамятстве, и Иветта, чтобы хоть как-то остановить кровь, вылизывала мои раны. Надо сказать, помогло. У меня не единого шрама не осталось. Но воспоминания об этом меня все еще несколько смущали.

— А как же иначе? Ты — моя кайо.

— Ладно, — кивнула я и, глянув на часы, добавила, — Наверное, мне уже пора. Скоро начало моего рабочего дня, да и твоего, наверное, тоже.

— Значит, до завтра.

— До завтра. Да, мне связаться с Ингой, насчет нашего завтрашнего мероприятия?

— Не беспокойся, это я возьму на себя.

— Хорошо.

Мы распрощались, и я покинула дом Иветты.