Но вот машина остановилась. Прямо перед входом в клуб. «Лунная Соната» работала в обычном режиме, посетители даже не подозревали о том, что творилось в дебрях клуба.

Глава 5.

Мы вошли внутрь, прям как некая делегация. Еще бы! Шесть человек и одна кошка. Встретили нас очень церемонно, разве что ковровую дорожку не расстелили. Мы прошли весь первый зал, потом так называемый VIP зал, где собирались только оборотни, но сегодня, по очевидным причинам, их там было немного. Оттуда мы уже попали в обширные помещения непосредственно под клубом. Подземелья стаи, существовавшие уже черт знает сколько. От всего остального мира они были отгорожены отличной звукоизоляцией.

К моему удивлению, нас встретили Эмма и Глен, и вскоре я поняла почему. Они приняли наши пальто. Как ни странно, но в подземелье было тепло. Не душно, а именно тепло. Наверное, система климат-контроля.

От главного зала, зала Собраний, где, судя по всему, все уже томились в ожидании, нас отделяло несколько шагов. Прежде чем переступить его порог, я глубоко вздохнула, словно перед прыжком в воду.

Входя, мы выстроились, как на парад. Впереди шла Иветта, потом я с Миу на плече, Глория и Инга, а замыкали шествие телохранители. Прям все как у больших. Мы шли, и больше сотни пар глаз, как по команде, уставились на нас. Сомневаюсь, что здесь собралась вся стая, но очень близко к этому.

Мы прошли весь зал по образовавшемуся среди собравшихся проходу, прямо до небольшого возвышения, на котором стояло резное кресло, исполнявшее обязанности трона. Иветта гордо уселась на него, я встала на возвышении по правую руку от нее, Глория по левую. Инга за мной, чуть в стороне. А возле самой стены застыли Реми и Филипп. Все это мы сделали так, словно всегда так поступали, и в этом не было ничего такого особенного.

— Я вижу, здесь сегодня собрались очень многие, практически все, — лучезарно улыбнулась всем Иветта. И ее сила тотчас завибрировала, расстилаясь по залу как ковер, находя отклик в каждом из присутствующих здесь вервольфе. Будто она затрагивала в них струну, которая тотчас начинала петь в унисон с остальными. Это была демонстрация единства стаи.

Наблюдая за этим, я коснулась руки Иветты, и тотчас ее сила словно обняла меня, обернула. А так как все это было оговорено, я открылась ей навстречу, разворачивая в ответ свою силу. В этот миг словно, наконец, сошлись два кусочка мозаики, и моя сила, подстегиваемая силой Иветты, тоже устремилась в зал. Она отыскивала кошачьих. Как ни крути, они все же были моими. Я ощущала их отклик на свой зов. Среди отозвавшихся были и те, кого я чувствовала впервые, и один из них выставил щит. Он смог его удержать, но во многом благодаря тому, что я не стала настаивать, не задавалась целью его пробить. Наверное, это и был Паоло.

Закончив это объединение, мы с Иветтой переглянулись, и просто втянули эту силу обратно. Тотчас по залу пролетел единый вздох, словно никто не хотел отпускать от себя это чувство единства. Глаза их всех устремились на нас, и в них было все: восхищение, обожание на грани благоговения, ошеломление.

Мы достигли, чего хотели, — произвели должное впечатление. В зале повисло молчание. Все не знали или не хотели что-либо говорить, продолжая греться в остатках нашей общей силы.

— Ну что ж, — улыбнулась Иветта, и голос ее хоть и был негромок, но достигал каждого, — Думаю, наше собрание можно считать открытым.

По залу пронесся одобрительный гул. Пока все шло хорошо. Удовлетворенно вздохнув, я оперлась плечом о спинку резного кресла Иветты, принимая более непринужденную позу. Инга заметила это и улыбнулась мне. Я улыбнулась в ответ. А Иветта тем временем продолжала:

— На этой неделе в нашей большой дружной семье произошло пополнение.