Костя замер на месте, словно натолкнулся на невидимую стену. Одновременно с этим я почувствовал, как мои ноги примёрзли к полу… судя по выражению лица Ирины, она испытывала то же самое, даже Домин позади нас выругался не понимая что его сковало.

Я попытался просканировать существо целительским зрением и едва не ослеп от магической отдачи. Внутри этого тела не было ни одного энергетического стержня, ни единого источника силы — лишь пустота, холодная и голодная пустота, высасывающая энергию из всего вокруг.

— Что это? Нечисть высшего порядка? — прошептал я, пытаясь осознать ситуацию. — Он воздействует на некротическую энергию в наших телах, обращая её против нас.

Катя и Ефим, не обременённые тёмной магией, продержались дольше, но вскоре и они рухнули на колени, корчась от боли. Секунда — и оба без сознания распластались на каменном полу.

Единственной, кто остался невозмутимой, была Ольга. Она лишь слегка тряхнула головой, словно отгоняя надоедливую муху. Существо напряглось, явно озадаченное её сопротивлением.

— Позволь мне показать, с кем ты имеешь дело, — произнесла Ольга.

Её кожа начала меняться, теряя человеческую бледность. Сначала она приобрела розоватый оттенок, затем стала насыщенно-красной, пока не превратилась в живое пламя — алая, пульсирующая, словно магма. Глаза полыхнули рубиновым огнём, а волосы взметнулись вверх, превращаясь в языки пламени.

Её одежда словно истаяла, погрузившись в жидкий огонь ее кожи, обнажая идеальное тело, которое, впрочем, тут же окуталось полупрозрачными клубами чёрного дыма.

Затем Алиен подняла руки. Металл со всех сторон откликнулся на её зов. Оконные рамы, гвозди из скамей, металлические украшения с алтаря — всё это вздрогнуло, изогнулось и потекло к ней жидким серебром.

Металлические ручейки извивались в воздухе, сливаясь в единый поток и обвиваясь вокруг её запястий подобно браслетам. Затем сгустки металла вытянулись, сформировав два изящных серпа с длинными рукоятями.

Существо медленно поднялось на ноги. Движение было неторопливым. Истлевшие одежды колыхались в несуществующем ветре.

— Так не интересно, — промурлыкала Алиен, крутанув серпы. — Клинок у тебя туповат.

Нежить склонила голову набок, будто обдумывая её слова. Затем по ржавому лезвию двуручного меча заструились синеватые искры, а металл начал меняться — ржавчина осыпалась, обнажая остро заточенную сталь.

Они сошлись в бою. Существо двигалось с неожиданной для его иссохшего тела скоростью, каждый взмах гигантского меча сопровождался волной некротической энергии, от которой трескался каменный пол.

Алиен оказалась быстрее. Уворачиваясь от смертоносных ударов и контратакуя серпами, которые оставляли на теле противника глубокие раны. Из порезов сочилась не кровь, а чёрная субстанция, похожая на застывшую нефть.

— Слишком медленно, костяшка, — смеялась она, нанося удар за ударом.

После особенно удачной комбинации, когда оба серпа одновременно вспороли грудь противника, Алиен отпрыгнула назад, принимая боевую стойку. Её тело блестело, подчёркивая каждую линию совершенной мускулатуры.

И в этот момент я почувствовал, как барьер, сковывавший нас, рухнул.

— Продолжай атаковать его спереди! — крикнул я Алиен, материализуя свой клинок.

Она мгновенно поняла замысел и усилила натиск, заставляя нежить полностью сосредоточиться на защите от её серпов. Я начал обходить противника сбоку, двигаясь на полусогнутых ногах.

Финал битвы был молниеносным и скоординированным, будто мы с Алиен сражались бок о бок не одну сотню лет. Она внезапно скрестила серпы и рванулась в атаку, пробивая защиту врага. Подпрыгнув позади лича она вонзила оба лезвия в его грудную клетку.