Пять пар глаз уставились на стакан в руке Кэрол.

— Ну, — спросила она. — Кто хочет выпить? — Ее беспечный голос звучал театрально. — Не так—то просто было раздобыть это.

— Как же тебе удалось? — удивился Ричард, происходивший из наименее влиятельной и наименее обеспеченной семьи. Если не считать Тони. — Да еще в потребном виде?

— Дженнифер достала, — объяснила Кэрол, и компания посмотрела на Дженнифер Шарафи, уже две недели гостившую в доме Кэрол. Дженнифер была дочерью голливудской кинозвезды и нефтяного принца. Родилась она в Америке — принц желал положить начало династии Неспящих. Сейчас кинозвезда была стареющей наркоманкой, а принц, вложивший свое состояние в И—энергию на заре деятельности Кенцо Иагаи, уже умер. Дженнифер Шарафи была куда богаче, чем когда—нибудь могла стать Лейша, и чрезвычайно изобретательна. В стакане находился интерльюкин—1, препарат, стимулирующий иммунную систему, побочным эффектом которого являлся крепкий сон.

Лейша пристально смотрела на жидкость. В низу живота разливалось тепло, похожее на то, которое она чувствовала, занимаясь любовью с Ричардом. Она поймала внимательный взгляд Дженнифер и вспыхнула.

Дженнифер беспокоила ее. Лейша никогда не встречала Неспящего, который не смеялся бы или говорил так мало и с такой нарочитой небрежностью. Лейша ловила себя на том, что нередко гадала: чего же не сказала Дженнифер Шарафи? Было странно испытывать такие чувства по отношению к Неспящей.

— Дай мне!

Кэрол подала стакан Тони.

— Помни, всего один глоточек.

Тони поднес стакан ко рту, замер на мгновение и обвел всех своими бешеными глазами.

Кэрол взяла у него стакан. Спустя минуту Тони лег на твердую землю и уснул.

Это было совсем иначе, чем наблюдать за спящими родителями, младшими братьями и сестрами, друзьями. Они прятали друг от друга глаза. Лейша избегала смотреть на Дженнифер. Ей почудилась в этом смутная непристойность.

Теперь наступила очередь Лейши. Она медленно глотнула и передала стакан Ричарду. Голова стала тяжелой, словно туда натолкали мокрых тряпок. Деревья на краю полянки расплывались. Свет портативной лампы плескался волнами и собирался в капли; если до него дотронуться, он размажется. Потом ее мозг поглотила темнота. "Папа!" Она пыталась позвать его, ухватиться за него, но тьма захлестнула ее.

Потом у всех болела голова. Они плелись назад через лес в предрассветных сумерках, и мучения усиливало странное чувство стыда. Они не прикасались друг к другу. Лейша старалась идти как можно дальше от Ричарда. Дженнифер решилась нарушить молчание.

— Вот теперь мы знаем, — сказала она, и в ее голосе прозвучало странное удовлетворение.

Целый день Лейшу изводила пульсирующая боль в затылке и тошнота. Она переждала это противное состояние в своей комнате. Несмотря на жару, ее сотрясал озноб.

Но снов она так и не увидела.

— Я хочу, чтобы ты пошла со мной сегодня вечером, — повторила Лейша в десятый или двенадцатый раз. — Мы обе через два дня уезжаем в колледж; это наш последний шанс. Я хочу познакомить тебя с Ричардом.

Алиса лежала на животе поперек кровати. Ее каштановые, лишенные блеска волосы падали на лицо. Дорогой шелковый спортивный костюм морщил под коленками.

— Зачем? Не все ли тебе равно, познакомлюсь я с Ричардом или нет?

— Потому что ты моя сестра.