|
- Но хорошо, мы поговорим с ней. Втроем они собрались в кабинете Генарра и включили защитный экран. Марлена быстро посмотрела на мать, потом на Генарра, снова на мать, сжала губы и подавленно сказала: - Кажется, это мне не понравится. - Боюсь, что мы и в самом деле сообщим тебе плохую новость. Скажу прямо - мы обсуждаем возможность возвращения на Ротор, - заявила Юджиния. - Но, мама, у тебя здесь важная работа, - удивилась Марлена. - Не можешь же ты все бросить просто так. Но я вижу, ты и сама не хочешь этого. Тогда я не понимаю. - Марлена, - Юджиния старалась говорить медленно, отчетливо выговаривая каждое слово, - речь идет только о тебе. Ты должна вернуться на Ротор. Несколько секунд все молчали, а Марлена внимательно смотрела на Генарра и Юджинию поочередно, потом тихо, почти шепотом сказала: - Ты не шутишь. Не могу поверить. Я не вернусь на Ротор, никогда не вернусь. Я не хочу. Эритро - это моя планета. Вот здесь я и буду жить. - Марлена... - резко начала Юджиния. Генарр предупреждающе поднял руку и чуть заметно отрицательно покачал головой. Юджиния замолчала, а он спросил: - Почему тебе так хочется остаться здесь, Марлена? - Потому что хочется, - просто объяснила Марлена. - Иногда вам хочется, например, на обед какое-нибудь определенное блюдо. Вы же не можете объяснить, почему это так. Просто хочется. Вот и я хочу остаться на Эритро. Я не знаю причины, но это так. И я не обязана ничего объяснять. - Марлена, позволь твоей маме рассказать тебе то, что пока знаем только мы, - сказал Генарр. Юджиния взяла холодные руки Марлены в свои и сказала: - Помнишь, Марлена, перед отлетом на Эритро ты рассказывала мне о разговоре с комиссаром Питтом... - И что же? - Тогда ты сказала, что комиссар Питт, разрешив нам лететь на Эритро, о чем-то умолчал. Ты не знала, о чем именно, но сказала, что это было что-то неприятное или даже зловещее. - Да, я помню. Юджиния замолчала, и взгляд больших проницательных глаз Марлены застыл. Как бы говоря сама с собой и не сознавая, что ее слова слышат другие, она прошептала: "Колеблющийся свет у головы. Рука почти у виска. Удаляется". Марлена замолчала, хотя ее губы продолжали шевелиться. Потом она громко спросила: - У вас создалось впечатление, что я немного сумасшедшая? - в ее голосе звучало оскорбленное самолюбие. - Нет, - быстро ответила Юджиния. - Совсем наоборот. Мы знаем, что у тебя блестящий ум, и мы хотим, чтобы он таким и оставался. Дело вот в чем... Марлена внимательно выслушала рассказ о чуме Эритро; весь ее вид выражал глубочайшее недоверие. - Я вижу, мама, ты веришь в то, что говоришь, - сказала она. - Возможно, кто-то сказал тебе неправду. - Она услышала это от меня, - возразил Генарр. - А я по собственному опыту знаю, что все это именно так. Теперь можешь сама судить, обманываю ли я тебя сейчас. Очевидно, Марлена поверила. Она подалась вперед: - Тогда почему мне грозит особенно большая опасность? Почему на Эритро для меня опаснее, чем для вас или для мамы? - Марлена, мама тебе только что объяснила. Считается, что чума чаще поражает людей с более развитым воображением, с богатой фантазией. Некоторые данные говорят, что к чуме наиболее восприимчивы люди с необычным складом ума, а у тебя самый неординарный ум, который мне доводилось встречать. |
