Выпивать — нисколько при этом не смущаясь — капитан Заботин мог:

а) и за счет малознакомой дамы;

б) и за счет потерпевших, у которых (с их слов) «воры вынесли из дому все, только голые стены, считай, и оставили. Но… поскольку тут у нас в холодильничке кое-что все-таки… тут и отпито-то всего чуть-чуть, то… в целях, так сказать, интенсификации процесса поиска злодеев… уж не побрезгуйте»;

в) и за счет задержанной, но милостиво отпущенной всякой мелкой шушеры;

г) и… да бог его знает, за чей еще счет.

Хоть за счет пингвинов в зоопарке. Если бы те, конечно, наливали…

И произрастало это качество его натуры не от какой-то там врожденной скаредности, а по причине специфики производственной деятельности — чрезвычайно вредной для здоровья — и до обидного малым размером денежного содержания. Ну что там платило государство капитану Заботину за его ненормированный рабочий день, вынужденное ежедневное общение со всяким отребьем и вконец истрепанные нервы? Тьфу — и больше ничего. Вот поэтому и… выпить хотелось постоянно. Уж не говоря о том, чтобы пожрать. И как тут обойтись без халявы? Да никак. Да при таком раскладе жизненных обстоятельств — до прямого вымогательства один шаг. Взял свой табельный шпалер — и прямиком на большую дорогу. А вы говорите…

— …И потом, в известном смысле, вовсе я никакая не дама, — продолжала новая знакомая Заботы. — Так что пусть это вас не смущает.

— Это в каком же смысле?.. — Заботин несколько растерянно вслушался в чуть хрипловатые обертона низкого голоса собеседницы, повнимательнее всмотрелся в черты ее лица и насторожился. Халява-то халявой, но ведь этак же и до беды недалеко. Мало ли чего по пьянке не происходит. А ориентации он, тем не менее, был самой что ни на есть традиционной. И менять ее ни в коем случае намерений не имел.

— Это в том смысле, что в данной ситуации я прежде всего ваш товарищ по творческому цеху, — пояснила мадам. — И поэтому в том, чтобы угостить вас, ничего предосудительного не вижу. А вы?

— Ну, если смотреть с этой стороны… — у Заботина отлегло от сердца. — Тогда я… тогда конечно.

— Тем более что я хозяйка художественной галереи. И со дня на день я планирую презентацию новой экспозиции. В своей галерее. А это что значит?

— Что? — заинтересовался Заботин.

— А это значит, мой неизвестный друг…

— Владимир, — легко коснулся обвисших нолей зеленой шляпы Забота.

— Об этом потом, — небрежно отмахнулась его собеседница. — Это значит, что на сей момент я располагаю средствами несколько большими, чем вы… А во-вторых, привлекать к сотрудничеству с этой галереей новые яркие личности — моя прямая обязанность. Следовательно… следовательно…

— Но… некоторыми средствами я тоже располагаю, — нагло соврал собеседнице явно утратившей мысль Заботин, развернулся лицом в сторону винного отдела, распрямил плечи и (как ему показалось) немного элегантно качнулся с пятки на носок. — Так что… мы могли бы… так сказать… на паритетных началах…

— Ни в коем случае! Либо мы сотрудничаем на моих условиях, либо не сотрудничаем вовсе! Только так! И учтите — в бизнесе я акула! На начальном этапе я вас спонсирую и следовательно… вправе рекомендовать целиком изменить и концепцию, и технику. Технику — вот что самое важное! У меня есть колоссальные идеи! Это бомба! Бомба, вы понимаете? Все просто на жопу сядут, я вас уверяю! И… значит, так… я вас раскручиваю, но уж после первых продаж… уж будьте любезны! Вы, конечно, будете иметь свой процент, но… основная доля моя.