Как‑то утром, проснувшись, я обнаружила рядом одного лишь Хинтона.

– Они ушли, – лаконично сообщил он. – Лавочка Громилы накрылась.

Хорошая новость, но все чувства во мне словно вымерли. Я ничего не могла произнести в ответ. Да и чему радоваться? Если не Громила, так Хинтон, выбор невелик.

Вошла Кареглазая.

– Быстренько запиши вот этот адрес. В случае опасности обратись туда, они могут провести чрезвычайное слушание, если потребуется.

Я записала адрес на листочке и сунула в сумку.

– Что собираешься делать? – спросила Кареглазая у Хинтона.

– Да уж не буду сидеть сложа руки и дожидаться, пока городской совет вынесет свое решение. Надо подстегнуть события.

– А как ты их подстегнешь?

– Есть у меня один знакомый. – Хинтон на мгновение замолчал.

– Возьми‑ка телефонный справочник, – обратился он ко мне. По его подсказке, я нашла раздел, где были перечислены все церкви. Хинтон указал на один из адресов.

– Пойдешь туда и найдешь священника. Предварительно напиши на бумаге терминологию Операторов и определение к каждому термину. Я тебе продиктую. Когда встретишься со священником, отдашь ему этот список и скажешь, что термины тебе объяснили голоса Операторов.

Под диктовку Хинтона я составила список. В голове было пусто, на сердце тоска. Болван, вот я кто – лишь эта мысль постоянно кружилась в голове. Даже если Хинтону и удастся как‑то помочь мне, нужны месяцы и месяцы, прежде чем вырастет новая решетка и я смогу пуститься в самостоятельное плавание.

Найдя нужный адрес, я вошла в храм и спросила, где можно найти священника. Меня проводили в его кабинет, и я увидела приятного, улыбчивого человека. Он прочитал мой список и внимательно выслушал меня. Улыбка мгновенно слетела у него с лица и на нем появилось выражение такой жуткой озабоченности, что мне стало его жаль даже больше, чем себя.

Он не сразу пришел в себя. Наконец спросил:

– Почему вы пришли именно ко мне?

Я объяснила, что меня послал к нему Хинтон. Мы немного поговорили на эту тему. Наконец священник мало‑помалу собрался с мыслями.

– Я позвоню своему другу, у которого есть знакомый психиатр в окружной больнице. Пусть он попросит его принять вас.

Священник тут же связался с кем‑то по телефону, еще немного побеседовал со мной и убедительно попросил не пропустить встречу с психиатром, о которой он договорился на завтра.

– Не забудь прихватить словарик, – напомнил Хинтон, когда я собралась на прием. – Это ускорит слушание твоего дела.

Я явилась точно в назначенное время, с бумажками в руках и с пугающей мыслью: «Может, это и есть последнее слушание? Кто знает, выйду ли я отсюда живой».

Психиатр внимательно прочитал мой терминологический словарь.

– Посмотри в окно, видишь здание? – спросил голос Хинтона. Я глянула и увидела крыло здания, в котором находилась.

– Тебя могут туда поместить. Не бойся этого. Тебе там закроют голову и выпишут через две недели. А пока ты будешь там, к тебе не сможет подступиться ни один Оператор. Это «островок спасения» для тебя.

Я еще раз с надеждой взглянула на крыло здания.

– Вы давно живете в Калифорнии? – спросил доктор. Я ответила.

– А до этого в каком штате жили? Я ответила.

– Часто слышите голоса?

– Постоянно.

– У вас есть близкие родственники?

– Немного, но они живут в штате, откуда я родом. – Да и что от них толку, подумала я.