Когда она что-то не хотела видеть, она просто снимала очки. Во всяком случае, сочувственно подумала Элизабет, обнимая за плечи плачущую мать, она наверняка всегда его боялась, хотя не признавалась в этом даже себе… никогда не забывала слов своей матери.

Элизабет ужаснулась. Ее дядя — настоящий Дориан Грей. Отвратительное чудовище, извращенное, скрытное, уродливое и злобное. В своем мстительном отчаянии он уничтожал все, что встречалось на пути. Какая горькая ирония! Золотоволосый, похожий на льва, сказочно богатый и могущественный Ричард Темпест — «король» Темпест — бесплоден. Не способен сделать то, что могут девяносто девять процентов обычных мужчин. Оплодотворить женщину. Несмотря на всю свою знаменитую мужественность, всех своих жен и любовниц, он в своих собственных глазах был вовсе не мужчина.. Внезапно она с ужасом поняла, что именно поэтому он люто ненавидел Дэва Локлина. Наверное, в какой-то ситуации Дэв доказал, что он настоящий мужчина.

И вероятно — нет, наверняка, — с женщиной, которую хотел заполучить Ричард. Кто она? — ревниво подумала Элизабет. Это нужно выяснить. Но тут же великодушно отказалась от своего намерения, потому что это не имело значения. Ах, Дэв, Дэв, — подумала она, я стольким тебе обязана… Имей хоть тысячу внебрачных детей, но подари мне хотя бы одного…

И тогда она поняла, как сильно ее мать любила ее отца.

Она нежно вытерла слезы с глаз Хелен.

— Все позади, — сказала она. — Ты потеряла брата. Зато мы нашли друг друга… В конечном счете мы победили.

И с высоты обретенной уверенности, несмотря на все отвращение и гнев, она почувствовала проблеск жалости к человеку, который не смог смириться с собственным несчастьем.

— Расскажи мне об отце, — попросила она просто.

— Мне очень хочется побольше о нем узнать…

Уже в который раз Касс поглядела на часы.

— Господи, да что они там делают? Прошло уже два часа.

— И еще двадцать лет, — напомнила Матти.

— Похоже, они не могут наговориться, — предположила миссис Хокс, — как и мы утром.

— Я просто изнываю от любопытства, — пожаловалась Касс. Вот бы взглянуть на них хотя бы одним глазком, подумала она.

— Вот увидите, все будет хорошо, — добродушно заверила миссис Хокс, — я сердцем чую.

— И все же мне не терпится узнать, чем все закончилось, — сказала Касс.

— Ты не выносишь, когда ты не в курсе дела, — усмехнулся Дейвид, на этот раз добродушно. В доме царило приподнятое настроение. Даже слуги улыбались. — Выпей чего-нибудь, — посоветовал он.

Касс посмотрела в сторону большого серебряного ведерка, в котором стояло с полдюжины бутылок.

— Вообще-то я жду настоящего обеда, — нетерпеливо заметила она. — Но если в ближайшее время мы не сядем за стол, то я напьюсь.

В дверном проеме неслышно возникла Серафина, но сначала ее никто не заметил. Увидев, что Дейвид неуклюже вскочил, Касс обернулась, поднялась со стула, но, почувствовав, что ноги ее не держат, тут же опустилась на сиденье.

На губах у Серафины застыла торжествующая улыбка.

— Обе госпожи ждут вас, — объявила она с деланным спокойствием.

Касс опередила всех. Ворвавшись в спальню Хелен, она остолбенела: Элизабет и Хелен, похожие, как две капли воды, сидели, держась за руки. Касс улыбнулась и с возгласом: «Аллилуйя!» — вскинула руки, как боксер на ринге.