— Так чего же ты все-таки хочешь добиться, детка? — посерьезнел Коннор. Наклонив голову и прищурив глаза, он внимательно смотрел на Памелу. — Ты не производишь впечатления мошенницы и воровки.

— Что ж, мистер Кинкейд, кому, как не вам, знать, насколько соблазнительно бывает мошенничество и воровство, — лукаво улыбнулась она.

— Вы забываете, мисс Дарби, что человек, который лжет, ворует и обманывает для того, чтобы выжить, отлично понимает, когда лжет кто-то другой.

Памела сглотнула подкативший к горлу комок. Под откровенным взглядом Коннора трудно было скрыть правду. Взглянув в его глаза, она сказала:

— Ты прав. По натуре я не воровка, но к этому меня вынуждают обстоятельства. Мне очень нужны деньги, чтобы защитить сестру. А, кроме того, я хочу найти того подлеца, который сгубил мою мать.

Глава 6

Плотина была прорвана, и слова бурным потоком полились из уст Памелы.

— Софи ничего не знает. Ей нельзя об этом знать, иначе ее сердце будет разбито. Смерть матери не была несчастным случаем. Кто-то намеренно устроил пожар, в котором она погибла. Это был настоящий поджог! Когда ее стряпчий отдал нам это письмо, которое по ее просьбе тщательно хранил многие годы, я поняла, почему это произошло. Потому что…

— Кто-то хотел уничтожить письмо и всех, кто мог знать о его существовании, — закончил вместо нее Коннор. — Кому-то очень нужно, чтобы наследник герцога никогда не был найден.

Он нахмурился, представив себе, что могло случиться с Памелой и ее сестрой, если бы они тоже оказались в ту ночь в театре.

— Почему ты не заявила в полицию, если знала о поджоге?

— Я незаконнорожденная дочь актрисы, мистер Кинкейд. Что мне было делать? Пойти к местному констеблю и обвинить герцогское окружение в страшной смерти моей матери? Надо мной бы просто посмеялись или отправили в тюрьму, а еще хуже — в сумасшедший дом.

— Значит, ты решила взять дело в свои руки? Памела кивнула.

— Я думаю, что лучшим способом помешать осуществиться планам убийцы и выманить его из укрытия будет мое появление в доме герцога вместе с человеком, которого он давно отчаялся найти.

Коннор покачал головой, раздираемый недоверием и восхищением.

— Это очень хитроумный план, детка. Он мог сработать в том случае, если бы наследник герцога действительно был жив.

— Именно поэтому мне и нужен ты, чтобы воскресить его.

Руки Памелы невольно сжались в кулаки. Его взгляд выражал одновременно ярость и мольбу. Коннор не мог вспомнить, когда в последний раз на него так смотрела женщина.

— Насколько мне известно, за всю историю человечества был только один человек, который умел воскрешать мертвых, да и он кончил плохо, — с сожалением покачал он головой. — Мне очень жаль, детка, но я не работаю по найму. Я ничем не могу тебе помочь.

Памела поджала губы.

— Если ты не хочешь помочь мне, почему бы тебе, не помочь самому себе? Ты подумал о том, что сможешь получить, если мой план сработает?

— И что же? Еще одно свидание с палачом? Только на этот раз мне вряд ли удастся спастись.

Памела медленно шагнула к нему, и он невольно выпрямился. Ее голос зазвучал гипнотически тихо и чуть хрипло.

— А как насчет богатства и власти, которые тебе и не снились? Никто и никогда не посмеет захлопнуть перед тобой двери. Наоборот, тебя станут наперебой приглашать в аристократические дома и королевские дворцы. Все будут прислушиваться к твоему мнению и искать твоего расположения. Тебя начнут уважать, тобой будут восхищаться… — она наклонилась к его уху и добавила еще тише: — и любая женщина будет рада стать твоей…

Внезапно Коннор вскочил на ноги и схватил ее за руку.