Он слегка наклоняется вперёд и всё-так же холодно чеканит:

— Я могу снизить твои баллы ещё больше. Ты этого добиваешься?

— Нет, сэр.

— Ты понимаешь, что значит играть в команде?

— Да, сэр!

Он кивает и поворачивается к компьютеру.

— Напомни это себе в следующий раз, когда решишь транжирить моё время. Всё, свободна!

Бруклин сидит в компьютерном классе, едва сдерживая дрожь в ногах после нервной встряски. Здесь только она и Тор. Уже далеко за полдень, но тестовый марафон у любого отобьёт желание заниматься такими скучными вещами, как домашние задания. С игровой площадки доносятся приглушённые голоса. Младшие обитатели приюта не замечают происходящего, но остальные потрясены до глубины души.

Если раньше Тор был угрюм, то теперь вид у него совершенно несчастный.

«Помни, — жестикулирует он. — Мы можем это исправить».

Он сдвигается влево, чтобы подруга могла разглядеть изображение на экране. У неё пересыхает во рту, а ноги перестают дрожать. Она по-прежнему под номером двадцать один.

И Логан прямо над линией отреза, номер двадцать два.

«Я могу поменять вас местами», — показывает Тор, словно речь идёт о чём-то элементарном.

И тут Бруклин видит, чьё имя стоит сразу перед именем Логана. Двадцать три. Риса. Неужели она так сильно напортачила на прослушивании, что оказалась в двух шагах от расплетения? Несмотря на шок, Бруклин не может избавиться и от крохотной толики радости. Наша маленькая мисс Совершенство боится сцены? Или ей тоже подгадил какой-то недоброжелатель?

А потом Бруклин вспоминает, как Риса зашла в её спальню перед обедом. И вела себя так, словно они могут подружиться. Этому, конечно, не бывать, но, по крайней мере, они уже не враги.

Мысли Бруклин бросаются взапуски.

«Мы можем любое имя заменить на моё?» — спрашивает она.

Тор качает головой.

«Только те, что поблизости. Иначе включим сигнал тревоги. Начальство поймёт, что со списком кто-то химичил, и выяснит, кто именно».

Меньше всего на свете ей хотелось бы навлечь беду на Тора. Конечно, расплести его нельзя, но существует куча других наказаний. Проще всего вытолкнуть Логана, но может ли она так с ним поступить? Это совсем не похоже на поддержку своего собрата по оружию, верно?

Она показывает на имя Рисы.

«А как насчёт неё?»

Тор обдумывает ответ. Он знает о трениях между Бруклин и Рисой, но не поднимает эту тему. Вместо этого он медленно показывает:

«Её можно».

И ждёт, полностью оставляя решение за Бруклин.

«Когда я должна решить?» — спрашивает та.

«Чтобы сделать перестановку, мне нужно попасть в главный компьютер, а это не получится, пока Орёл не свалит».

Бруклин бросает взгляд на крючконосого надзирателя. Этот гораздо внимательнее того, что дежурит в компьютерном классе по выходным. Орёл наблюдает за ними подозрительнее, чем за другими приютскими. Видимо, язык жестов вызывает ещё больше недоверия, чем шёпот.

«Он заканчивает дежурство в 5:30, — информирует Тор. — У тебя есть час, чтобы принять решение. Но смотри не опаздывай. В шесть результаты станут окончательными. Если не попадёшь в это окно, считай, тебя уже расплели».

Как опьяняет и одновременно ужасает эта власть — даровать жизнь или смерть. Вернее, если верить пропаганде юновластей, жизнь целым или в распределённом состоянии. Но как бы то ни было, всё будет кончено. Бруклин передёргивает плечами. Лучше всё будет кончено для кого-то другого, не для неё.

«Встретимся здесь через час», — показывает она Тору.

Приютские снуют по лестницам вверх-вниз в поисках друзей на других этажах.