Бенджо приподнял его за загривок и выставил на обозрение между зубцами.

— Кто увидит?

«Водяной» извивался, пытаясь вырваться, но Бенджо держал его крепко.

— Там… лис-капитан и его команда, много, много их.

— И ты один из них! — сурово заклеймил его Бен-джо.

— Нет-нет, я не из них! Спросите вот этого парня, он знает, — умоляющим тоном проныл пленник.

Орквилу не очень-то хотелось выручать старого негодяя.

— Он не был с ними, когда я его встретил впервые, но это ничего не значит. Такой подлый зверь мог и с нечистью снюхаться.

Командор прошел на северную стену, вгляделся в лес, в тропу, в канаву:

— Ничего не вижу. Орквил, что по этому поводу скажешь?

Орквил пожал плечами:

— Не знаю, что и сказать. Много их там было, на корабле. И на палубе, и под палубой. Если бы они за нами гнались, то хоть кого-то мы бы увидели, так? Может быть, они прячутся, дожидаются света дневного.

— Нет, друг, это на нечисть не похоже. Они днем прячутся, а ночью нападают, — сказал Командор и повернулся к полевке: Ничего об их планах не слышал?

«Водяной» ухмыльнулся:

— Ничего они мне не говорили. Но во всяком случае по лбу они меня не били, как мистер Типпс, и пищу мою они не воровали, как этот молодой человек.

Не обращая внимания на колкости, Орквил высказал предположение:

— Может быть, они сменили позицию. Давайте потихоньку обойдем стены. Может быть, заметим что-нибудь.

Командор кивнул:

— Верная мысль. Пошли. Бенджо, если он пикнет, утихомирь сразу, не церемонься с ним.

Еж вытащил из-за пояса бочарный молоток на короткой рукоятке.

— Пусть только попробует. Даже если вздохнет громко. Идем!

В неверном свете луны четверо пустились в обход стен, внимательно вглядываясь в ночной пейзаж за стенами аббатства. Ночь выдалась тихая, спокойная. Орквил радовался, что он снова в аббатстве. Молодой ежик чувствовал себя совсем уже взрослым. С прошлыми заблуждениями покончено, уверенно думал он.

Прошли восточную стену, ничего подозрительного не обнаружив. Даже «водяной» успокоился и шагал спокойно.

Слегка опередив друзей, Орквил ступил на парапет южной стены. И тут он услышал снизу чей-то голос:

— Эгей, в аббатстве! Ребята!

«Водяной» мгновенно взвился, дернулся, вырвался из лапы Бенджо:

— Они! Это они! Я пропал! У-у-у-у!

В панике он метнулся в сторону, споткнулся и рухнул со стены внутрь аббатства. До троих оставшихся на стене донесся глухой удар тела о землю — и наступила тишина.

Командор пригнулся вниз:

— Опять лоб расшиб. Надеюсь, не до смерти. Но снаружи-то не нечисть. Мне даже кажется, что голос знакомый. — Командор вполголоса крикнул вниз, наружу: — Кто там снаружи, друг или враг?

Снизу раздался очень похожий голос:

— Если у вас там ужин на столе да суп из жгучего корня, то я твой друг закадычный, кузен Рорк.

Командор заулыбался и пробормотал Орквилу:

— Беги вниз, сынок, открывай южную калитку. Там наши друзья. — Он снова высунулся за стену. — Каким течением тебя сюда занесло, Барбаула Булыжный Пес? Да еще с такой толпой.

— Ха-ха, со мной всего только моя семейка да немного землероек. Давай впускай нас, не стой между нами и супом, Рорк.

Командор напустил на себя шутливой строгости:

— Впустить вас? Да вы объедите аббатство, выметете все, до последней полочки в кладовой.

Качуч выступила вперед и уперла лапы в бока.

— Хватит болтать, вы, оба! У нас тут детишки уставшие и бурые крысы на хвосте.