Фыркнув, я выпрямилась во весь рост, стоя на седле. После чего подпрыгнула, схватилась руками за ветку очередного дерева, мимо которого мы проезжали, подтянулась и ловко вскарабкалась на самый верх. Там среди ветвей и листьев выбрала себе самую толстую и мощную ветку, на которую и легла, сонно потягиваясь и с интересом изучая странный фрукт, висящий неподалеку.

    Съесть, не съесть? Съем.

    Мм… вкусно.

    Через минуту рядом уже сидел Рисе и невозмутимо доставал продукты из своего мешка, а также домик и Зябуса, уже успевшего стащить кусок сыра и теперь увлеченно его грызущего.

    -  Хотел проверить твою выносливость.

    -  И как? - Я лениво пошарила среди выложенных продуктов и взяла себе кусок холодной жареной курицы.

    -  Плохо, думал ты продержишься дольше. Я вонзила клыки в мясо, с удовольствием ощущая вкус и запах еды.

    -  Не нравится - я тебя не держу и, заметь, больше ничего тебе не должна. Рисе кивнул.

    -  Проблема в том, что ты мне нравишься.

    Я покосилась на него, не вполне понимая, о чем он.

    -  Ты необычная, взялась неизвестно откуда, ведешь себя так, как тебе вздумается, и при всем при этом…

    Я склонила голову набок, повернув к нему ушки. Интерресно.

    -  И при всем при этом остаешься слабой красивой девушкой.

    Я подавилась курицей и закашлялась, рядом давился сыром ирик, выпучив глаза и знаками показывая, что ему нужна вода. Воду дала, а на Рисса уже смотрела с подозрением. Это в каком таком месте я слабая девушка? Насчет красоты согласна, хоть и не все это замечают.

    -  Странный ты,- нахмурилась я.- Не стоит ошибаться на мой счет. Если ты мне хоть чем-то не понравишься, я вырву твое сердце прежде, чем ты поймешь, что происходит. Не стоит думать, что, раз ты меня спас, я теперь чем-то тебе обязана. Знай, я с тобой лишь до тех пор, пока мне интересно. Как только на скучишь - уйду. И тебе очень повезет, если сможешь; при этом выжить.

    Рисе кивнул и откинулся на ствол дерева, прикрыв глаза и чему-то улыбаясь. Хм…

    -  Ишш, ну ты идешь в дом или как? Тут кот булочек напек с повидлом, как ты любишь.

    Я облизнулась. Люблю булочки, да еще и с повидлом.

    И снова лошадь. Я зевала, досадуя, что меня подняли в такую рань. Настроение было ужасное. Рисе ехав впереди в расстегнутой на груди рубашке, в штанах, закатанных до колен, и босиком. Впрочем, как и я (не люблю все эти сапоги, когти вечно девать некуда). Для человека он был довольно красив, на вид ему нельзя; было дать больше тридцати.

    Я еще разок зевнула и переложила домик, который держала на коленях, в сумку, притороченную к седлу. Ирик вставать в такую рань отказался напрочь, так что и он, и кот еще спали.

    Кажется, я когда-то умела колдовать. Когти мягко вышли из пальцев, сверкая бликами на черной поверхности, а лицо осветил хитрый оскал.

    Надо попробовать.

    Первое, что пришло на ум - заклинание снятия личины. Результат, понятно, будет нулевой, но хоть попугаю ярко-изумрудными зелеными шариками, жалящими искрами разрядов. Начертав коготками в воздухе перед собой светящийся иероглиф, я шепнула слово на своем родном языке, а не на языке этого мира, подаренном мне при пересечении его границы. Тихое шипение заставило задрожать воздух, иероглиф вспыхнул и рассыпался на тысячи шариков, которые все одновременно кинулись к ничего не подозревающему человеку. Или все же подозревающему?

    Он успел обернуться, в руках вспыхнули клинки, со свистом рассекающие воздух.