В ответ Джек только тихо засмеялся. Следовавший за ними человек выглядел так, как будто не меньше Лорелеи хотел придушить Джека.

– Пожалуйста, втолкуйте ему, – взмолилась Лорелея, надеясь, что незнакомец имеет какое-то влияние на капитана. По крайней мере, он выглядел разумнее этого пирата.

– Кончай, Джек. Отпусти ее.

Джек его игнорировал.

– «Замри, Макдуф, будь проклят тот, кто первым закричит: «Кончай»».

«Шекспир? – изумилась она. – Король пиратов цитирует Шекспира?»

– Очень смешно, Джек, – проворчал чернявый. – Тебе напомнить, чем кончил Макбет? Лишился головы.

Джек больше ничего не сказал, он открыл дверь, вышел на середину каюты и, наконец, отпустил ее. Она тут же кинулась к двери.

– Стоять! – взревел Джек, и ее тело само собой повиновалось.

Он подошел и встал рядом. Глядя на нее без всяких эмоций, он сказал:

– Я устал за вами гоняться, миледи. Если вы сделаете хоть шаг из этой комнаты, я буду вынужден вас убить.

Она конвульсивно сглотнула, вспомнив слухи о его свирепости. Никто из тех, кто становился поперек дороги Черному Джеку, не оставался в живых.

– Лучше смерть, чем насилие, – напряженным голосом сказала она.

Джек вылупил глаза. Повернувшись к чернявому, он спросил:

– Будь любезен, скажи этой ведьме, входит ли изнасилование в список моих преступлений против нации?

– Нет. Но до сегодняшнего дня не входило и похищение.

Таким взглядом, как у Джека, можно было ковать сталь.

– От тебя никакой помощи. Мне некогда с вами возиться. – Джек устремил взгляд на Лорелею. – Вы будете заперты, пока мы не отойдем от Британии. Постарайтесь расслабиться и пригнитесь к полу.

– Пригнуться к полу? – в замешательстве спросила она.

– Да, так у вас будет больше шансов сохранить голову, если снаряд пробьет стену.

– Это шутка? – Он не ответил, и она обратилась к чернявому: – Он шутит?

– Нет.

Джек вынул из кармана связку ключей.

– Не волнуйтесь, если корабль начнет тонуть, обещаю вернуться и отпереть вас, – сказал он с язвительной усмешкой.

Лорелея была так ошеломлена, что не двинулась с места, пока эти двое не вышли из каюты. Она бросилась к двери, стала дергать ручку и кричать:

– Нет! Вы должны меня выпустить!

Бесполезно. Джек запер дверь, и она слышала, как они с компаньоном отошли от ее каюты. Лорелея в отчаянии закрыла глаза. Ее судьба решилась: она была обречена.

– Джек, я знаю, что ты...

– Послушай, – прервал Моргана Джек, поднимаясь на палубу. – Мне нужно, чтобы ты передал сообщение лейтенанту Джастину Уолингфорду.

– И не подумаю, если... – Когда до него дошло имя, он остановился. – Уолингфорду?'

Джек кивнул:

– Она помолвлена с сыном лорда Уолингфорда.

Морган побледнел.

– Ты не должен думать то, что ты думаешь.

Джек потер саднящее раненое плечо. Нужно было выставить Моргана с корабля и полечить руку. Он не хотел истечь кровью до того, как получит шанс свести счеты.

– Морган, мне некогда писать письмо. Это сделаешь ты после того, как я уеду. Скажи Уолингфорду, что я буду ждать его на острове Лос-Алмас-Пердидос.

– Это самоубийство, Джек.

– Нет, – сказал он, хмуро глядя в пол. – Это месть.

Морган несколько секунд разглядывал его.

– Ты знаешь, что Тадеус этого бы не одобрил.