Логан, прищурившись, наблюдал, как она, улыбаясь, приветствует знакомых. Когда девушка подошла поближе, он был поражен ее изнуренным видом. От острого взгляда Техасца не укрылись напряженное выражение странно вытянувшегося лица, ввалившиеся щеки, рельефно выступившие скулы. Красивые глаза Брайони, обычно живые и блестящие, теперь потускнели, и улыбалась она словно через силу. Сомнений не могло быть, с девушкой произошло что-то неладное со времени их встречи в горах. Когда Логан видел ее в последний раз на ранчо Блэйков, ему показалось, что Брайони выглядит слегка подавленной, но теперь, когда он внимательно пригляделся к ней, она казалась бесплотным призраком. Логан едва удержался от того, чтобы подбежать и обнять ее.

Брайони торопливо шла по тротуару, направляясь в гостиницу. Дилижанс Роджера Дэйвенпорта должен был прибыть этим утром, и Брайони хотела выяснить у Эдны, нет ли каких-нибудь известий о том, когда именно его ожидать. Она надеялась пригласить Роджера на ужин к себе на ранчо, чтобы иметь возможность повидаться с ним наедине. Брайони ожидала встречи с ним со смешанными чувствами. Вспоминая их последний разговор, она испытывала мстительное удовлетворение от того, что теперь сможет доказать ему наглядно, как хорошо она устроилась на западе, как легко приспособилась к новой жизни. Но Брайони не терпелось повидаться с Роджером и по другой причине. Он был человеком, связанным с Сент-Луисом и с ее прежней жизнью.

Брайони надеялась, что беседа с ним хотя бы ненадолго отвлечет ее от невеселых мыслей, выведет из тяжелого, подавленного состояния, которое с каждым днем все труднее становилось переносить. Веселое, безмятежное настроение покинуло ее. Обвинения против отца и воспоминания о Джиме Логане повсюду преследовали Брайони. Ей казалось, что сердце у нее в груди превратилось в тяжелый камень, причинявший боль при каждом вздохе.

Мысли Брайони неожиданно были прерваны… Кто-то схватил ее за руку и сильно дернул, так что она в одно мгновение оказалась в узком переулке между домами и, задохнувшись от страха, забилась в чьих-то объятиях. Подняв голову, Брайони замерла.

– Что… что вы делаете? – выдохнула она, беспомощно вцепившись в него. – Пустите! Отпусти меня немедленно!

Но Логан вместо этого повлек ее в глубь квартала, подальше от зевак с главной улицы. Он сжимал ее руку крепко, но не больно.

– Что случилось, Брайони? – спросил он, наконец остановившись. – Отчего у тебя такой измученный вид?

Краска бросилась ей в лицо.

– Большое спасибо за приятный комплимент! Не думала, что тебя интересует мое состояние! – Воспоминание о встрече у Блэйков кольнуло вновь. – Буду очень признательна, если вы займетесь своими делами и оставите меня в покое, мистер Логан! – сказала Брайони ледяным голосом.

– Замолчи! – Логан встряхнул ее. – Не надо ломать со мной комедию, Брайони! Я хочу знать, что случилось, – хочу знать немедленно, слышишь!

– Ровным счетом ничего! Я в полном порядке! Брайони посмотрела ему в глаза. Что еще она могла сказать? Признаться ему, что изнывает от желания снова быть с ним, чувствовать его ласки? Что глубоко несчастна из-за безнадежной и иссушающей любви к нему? Нет, никогда.

– Я просто немного устала от подготовки к фиесте, вот и все! – воскликнула она срывающимся голосом.