– Роджер, ты еще не знаком с моим дорогим другом Мэттом Ричардсом? Мэтт, позволь представить тебе Роджера Дэйвенпорта из Сент-Луиса.

Роджер неприязненно взглянул на Мэтта, словно видел в нем своего соперника, но тот, напротив, отнесся к молодому человеку с исключительным радушием.

– Очень, очень рад, мистер Дэйвенпорт. Позвольте узнать, вы впервые на западе?

Между мужчинами завязался разговор, и у Брайони появилось время обдумать свои действия. У нее созрел небольшой план, призванный обеспечить ее безопасность. Роджер должен был покинуть Винчестер завтра с утренним дилижансом, и Брайони уже успела дать ему понять в наиболее мягкой форме, что не выйдет за него замуж ни при каких обстоятельствах. Как обычно, он отказался верить ей на слово и то и дело уговаривал передумать, пока не поздно. Что ж, в этот вечер она решила притвориться, что действительно склоняется уехать в Сан-Франциско вместе с ним. Ей претила мысль вводить Роджера в заблуждение, но Мэтт вряд ли станет предпринимать какие-то шаги против нее, если убедится, что Брайони собирается покинуть Аризону. Пусть Мэтт думает, что ее чувства к Роджеру глубже, чем на самом деле, пусть тешит себя надеждами на скорое избавление от нее. Все, что нужно было Брайони, – это удержать Мэтта от отчаянных действий против нее сегодня, а завтра она встретится с Джимом.

В соответствии с выработанным планом Брайони вовсю кокетничала с Роджером, то и дело ощущая на себе внимательный, заинтересованный взгляд Мэтта Ричардса. Через некоторое время он извинился и отошел. Брайони и Роджера окружили другие гости. Брайони много смеялась и вела себя так, словно ничто в мире, кроме увеселения собственных гостей, ее не заботит. Однако это была только видимость, стоившая ей немалых усилий. Нервы девушки были натянуты, как тетива лука.

Незадолго до начала ужина приехала Энни Блэйк вместе со своим отцом. Время для их появления было подгадано великолепно. Бак Монро только что вошел в дом и как раз направился в гостиную, проталкиваясь между гостями. В светлой клетчатой рубашке, новых брюках и модных начищенных сапогах, которые блестели едва ли не ярче, чем приглаженные, смазанные брильянтином волосы, молодой человек был еще красивее, чем обычно. Но при виде Энни Блэйк, появившейся под руку с отцом, самоуверенная улыбка сползла с его лица, и Бак, так же как все, находившиеся в комнате, уставился на девушку, не веря своим глазам.

Брайони, затаив дыхание наблюдавшая эту сцену, впервые за вечер испытала настоящее удовольствие. Энни оказалась гораздо красивее, чем даже она могла ожидать. Розовое шелковое платье грациозно облегало округлые формы ее высокой фигуры, скрывавшиеся прежде под бесформенной рабочей одеждой. Теперь вместо угловатого подростка восхищенным взорам гостей явилась женщина, молодая и пленительная, с огромными медово-карими глазами и чарующей полусмущенной улыбкой. Густые каштановые волосы были собраны на затылке в большой узел, откуда спадали на плечи пышными кудрями, поблескивая золотом при свете свечей.

Брайони нарушила повисшее над гостиной завороженное молчание, поспешив к Энни и Сэму и увлекая их за собой. Рука Энни слегка затрепетала.

– Ты неотразима! – ободряюще шепнула ей Брайони, и веселая нотка проскользнула в ее голосе. – Бак того и гляди в обморок упадет! Мистер Блэйк, ваша дочь будет сегодня королевой бала. Вы согласны?

Обожженное солнцем, обветренное лицо Сэма покрылось мелкими морщинками, когда он улыбнулся. Его седеющие усы дрогнули.

– Конечно, согласен, мэм. Я никогда прежде не видел Энни такой хорошенькой… Сегодня она сильно напоминает свою мать в тот день, когда я впервые увидел ее лет двадцать назад.

Их беседу прервал капитан Уэйн Рейнолдс, молодой кавалерийский офицер, пришедший в себя быстрее, чем винчестерские ковбои. Он галантно склонился, целуя руку Энни, и обратился к ней мягким голосом:

– Мисс Блэйк, какое удовольствие видеть вас этим вечером! Сегодня вы обворожительны!

Энни испуганно и удивленно взглянула на него.