Торн чувствовал, как его тяготит их непонимание. Но он не знал, как ему преодолеть это, с чего начать. Она никогда его не полюбит, никогда.

Занятый этими мыслями, он не заметил, как маленькая фигурка, пошатываясь, появилась в зале. Торн не видел ничего до тех пор, пока несколько находившихся поблизости дам, не закричали от изумления. Только тогда он обратил внимание на происходящее. Граф посмотрел туда как раз в тот момент, когда Вилл упал на пол. Кровь текла ручьем из его рассеченного виска.

– Милорд, – раздался слабый тоненький крик.

Моментально Торн оказался рядом с мальчиком и присел на корточки около него.

– Вилл, – воскликнул граф, – сынок, что случилось?

Нежно он положил голову мальчика себе на колени, чтобы тот мог говорить. На лице Торна было написано беспокойство.

Над Виллом наклонился сэр Джеффри и еще несколько рыцарей. Джеффри держал в одной руке чистую ткань, а пальцами другой ощупывал рану.

– Она не такая глубокая, как кажется. Я думаю, что через несколько дней он поправится, – пробормотал он. – Скорее всего, малыш попал под копыта чьей-то лошади.

– Нет, – Вилл ухватился за Торна. – Милорд, меня ударили сзади. Я на мгновение потерял сознание, но затем услышал, как они говорили… Один из них сказал, что какая это была великолепная шутка – грабить и убивать от вашего имени, и каждый раз у вас под носом…

Торн резко вскочил на ноги. Он схватил лорда Ньюбери за ворот туники, приподняв его над полом.

– Ей-богу, я знал, что это ты, хотя ничего не мог доказать! – кричал он. – Я убью тебя за это!

Ньюбери вытаращил глаза.

– Я ничего не сделал! Я сражался бесчисленное количество раз рядом с вами. Клянусь Пресвятой Девой! Я ничего не сделал!

– Ничего?! Ты пришел в ярость, узнав, что Эдуард выбрал меня, а не тебя командовать войсками!

У Ньюбери перехватило дыхание, когда хватка Торна стала еще сильнее.

– Я завидовал тебе, да, но не делал из этого секрета! Но это были только разговоры, не более! Клянусь, я ничего не сделал, чтобы очернить твое имя!

– Милорд, – донесся до Торна тоненький голосок Вилла. – Я видел этого человека… Это был сэр Квентин, милорд… А позже пришла леди Шана… Он сказал, что хотел получить замок Лэнгли, а получит ее. Милорд, я слышал, как они уехали. Он увез миледи с собой! – мальчик начал плакать. – Милорд, я постарался добраться до вас, как только смог…

Торн медленно повернул голову. Его лицо стала бледным как снег.

– Господи, – сказал он в оцепенении. – Он увез Шану…

Ньюбери отшатнулся назад.

У Торна голова пошла кругом. Он был уверен, что Ньюбери – тот негодяй, который чернит его имя, и ожидал случая, чтобы наброситься на него, найти доказательства насилий, которые были совершены. Но в итоге им оказался Квентин. Графа охватила ярость. Но, даже проклиная Квентина, он проклинал себя. Каким же слепым и глухим дураком он был. Но несмотря на то, что он был охвачен яростью, страх за Шану стал таким, какого Торн никогда не испытывал.

Он приказал подать лошадь. На его лицо было страшно смотреть. Сэр Джеффри тоже вскочил на ноги. Женщины замка столпились над Виллом, мальчик был в надежных руках. Джеффри поймал Торна за руку.

– Торн, не собираешься ли ты гнаться за Квентином в одиночку! Вчера его люди уехали с ним. Мы даже не представляем, сколько их там. Ты не должен идти один против пятидесяти!

Де Уайлд схватил своего друга так же грубо, как и Ньюбери.

– Джефф, у него Шана!

– Да, но я уверен, он не причинит ей вреда.