Без тени сомнения я знала, что я не была тем человеком, кто способен вытащить всё это из неё. Мне не хватало мотивации, сострадания и авторитета, три качества, которые создают хорошего учителя.

Пока я смотрела на неё, то поняла, что даже Вишес был спокоен, когда она говорила. У неё был какой-то необычный шарм, который девочкам невозможно подделать. Все взгляды были обращены на неё, что позволило мне украдкой заглянуть в свой телефон. И цитируя Джулию Робертс в «Красотке»: Большая ошибка. Большая. Огромная.

Джейми: Я скучал по тебе в выходные. Думал, что твоя неблагодарная задница напишет мне «спасибо» за то, что спас тебя от ярости Вишеса. Я ошибся.

Вау. Он вообще понимает, сколько неприятностей у нас могло бы возникнуть, если бы кто-то увидел это сообщение? У учеников и учителей есть номера друг друга только для вопросов по учёбе. Я проигнорировала его и продолжила кивать Милли, натянуто улыбаясь. Бам, пришло ещё одно сообщение.

Джейми: Это так мило, что ты делаешь вид, что слушаешь Милли, когда я знаю, что тв просто ждёшь пока на часах пробьет три часа, и тогда я смогу перегнуть тебя через стол и трахнуть так сильно, что окна будут трястись.

Конечно, я не удостоила это сообщение ответом. Хотя, мне и хотелось исправить «тв» на «ты». Учитель литературы внутри меня ненавидел, когда люди делали такое дерьмо, как опечатки. Судя по всему, даже в секс-эсэмэсках.

Мои щёки покраснели, и я поигрывала своим ожерельем с якорем, прижимая его к нижней губе. Я покашляла, прочистив горло и сказала:

— Погромче, Милли.

Она огляделась, обеспокоенная, как и я, и со следующей строчки неохотно повысила свой голос. На самом деле её стихотворение было довольно увлекательным. О жизни и смерти, и о том, что дерево цветущей вишни символизирует и то, и другое. Все притихли и насторожились. Дин Коул положил локти на стол, подавшись вперёд, и впитывал слова так, как будто они были кислородом. А Вишес? Он смотрел на неё так, как будто она принадлежала ему.

Но это не имело никакого смысла. Единственное, на что были настроены мои уши, что я тайно надеялась услышать — это звук моего телефона, вибрирующего на столе, когда пришло очередное сообщение.

Джейми: Твои соски такие напряжённые, что я мог бы колоть ими долбанные бриллианты, детка. Это так заводит, когда все могут видеть то, что я делаю с тобой. Через полчаса я собираюсь просунуть свою руку под твою юбку-карандаш, а свои пальцы затолкать в твою киску. Прикасаться к точке Джи у мисс Джи, и долбить её снова и снова, пока ты не отрубишься от оргазмов.

Я обогнула стол и прислонилась к нему, стоя лицом к классу, надеясь, что они не заметят румянца, который стал постоянной проблемой с самого начала нашей связи. Боже? Связи? Это намного больше. Это не было связью. Я имела своего ученика, и своё будущее одновременно с ним. И тем не менее, я не могла остановиться. Я оглядела класс полный учеников, и его лицо было единственным, которое выделялось на фоне пресных подростков. Я едва ли замечала другие лица, затерявшись в тумане похоти.

Очередная вибрация. На этот раз я выждала пару секунд, прежде чем посмотреть в его сторону, и обнаружила, что он ухмыляется, смотря на телефон. Мудак.

Джейми: Потом я вытащу свою руку, чтобы дать тебе облизать мои пальцы, один за другим, ты будешь сильно сосать их и умолять меня, чтобы я взял тебя. Но я не буду. Сначала тебе придётся отсосать мне, и я заставлю тебя давиться моим членом до тех пор, пока ты не будешь задыхаться. Что думаешь по этому поводу, Мел?

Я вспотела. Начала всасывать воздух короткими вздохами. Милли закончила чтение своего стихотворения. Она по-прежнему стояла, в ожидании моего отзыва. Все смотрели на меня. Она проделала великолепную работу, судя по тому, что я смогла понять сквозь дымку своей похоти, но ни одно слово не слетело с моих губ. Я на самом деле боялась, что ляпну что-нибудь про Джейми и его член.