— Я могу посоветовать тебе одно: отправиться вместе со мной, прежде…

— Я так не могу, — возразила тогда она. — Что, если за мной бросятся в погоню, выследят, поймают, а вы окажетесь причастны?

— И все же я рискну. У меня есть некоторое влияние, юная леди. Я все же лорд Даглас. Хоть в Америке и произошла революция, вы, американцы, готовы пасть ниц перед любой титулованной особой, особенно если это английский аристократ. Ах, Скайлар, я понимаю, ты столько пережила, что боишься поверить в искренность моего предложения. Здоровье у меня стало неважное, мне нужна помощь, и тебе это известно. Все, что я прошу взамен, — внимание и забота, ничего больше. Измени свое имя, измени образ жизни. Больше такого шанса тебе не представится. Лучшего выхода из положения не найти. Нужно быстро совершить церемонию бракосочетания и уехать. Не бойся.

Скайлар вспомнила, как улыбнулась тогда и возразила:

— Я совсем не боюсь. Но, лорд Даглас, ехать на запад очень опасно. Там индейцы.

— Так что ж? — не уступал он. — Да, индейцы, но не так много, ты к ним привыкнешь. — Он подмигнул ей. Может статься, они тебе даже понравятся. А если правительство выполнит условия хоть одного заключенного с ними договора, то они и вовсе никому не причинят вреда. Скайлар, у тебя нет выбора. Больше бежать некуда. Куда ты поедешь? А Мэйфэйр тебе понравится, вот увидишь. Дом такой большой, просторный, уютный и — что немаловажно — надежный. Мой дом. Я очень люблю его. Полюбишь и ты. Я недолго пробуду с тобой…

— Пожалуйста, не говорите так.

— Сердце отказывается служить мне. Я знаю это и смирился. Доктора не обещают ничего хорошего. Я приехал на восток, надеясь, что произойдет чудо, но — увы! — чудес на свете не бывает. Все это время ты одна давала мне силы. Пожалуйста, только не смотри на меня так и не плачь, прошу тебя. Ты наполнила последние дни моей жизни счастьем. Если буду знать, что ты отправишься в Мэйфэйр со мной или одна, то успокоюсь. Только так я смогу отблагодарить за доброту и нежность, не утраченные среди чудовищной лжи, в которой ты жила. Поедем, все равно терять нечего. Ты полюбишь Мэйфэйр, уверен. К тому же, какие бы опасности ни подстерегали тебя, там ты найдешь надежную защиту. Клянусь, он станет твоим домом.

«Он станет твоим домом».

Слова эти звучали в голове Скайлар настолько отчетливо, что ей казалось, будто слышит их наяву.

— Мэйфэйр и в самом деле прекрасен! — прошептала Скайлар. Она улыбнулась, чувствуя, как непрошеные слезы выступили на глазах. — Ах, негодник! — проговорила она с улыбкой, думая о лорде Дэвиде Дагласе. — Как же вы провели меня! Индейцы! Да, здесь и правда есть несколько краснокожих. Честное предложение!

А впрочем, нет, придраться не к чему, ведь лорд Даглас никогда не лгал ей. Но и правду утаил — не сказал, что она выходит так поспешно замуж, да еще и по доверенности, совсем не за него. И что один из индейцев, вне всякого сомнения, будет ждать ее здесь, злой, как тысяча диких потревоженных ос.

Индеец, который не желал слушать ни единого слова, просто не хотел поверить в то, что она говорит правду, отказывался вести себя как нормальный, разумный человек.

Взгляд Скайлар упал на ванну. Как же ей хотелось еще сегодня утром окунуться в теплую воду! Теперь такая возможность представилась. Да и чемоданы с вещами здесь.

Скайлар в который раз оглядела комнату. Изысканно обставлена, но не похоже, чтобы тут кто-то жил. Во всяком случае, никаких вещей, принадлежащих Ястребу, Скайлар не заметила. Ни портретов друзей или родственников, будь то белых или краснокожих, живых или давно отошедших в мир иной, ни туалетных принадлежностей, бритв или щетки.