На улицах машин уже мало, таксист попался шустрый, доехал на место даже на пару минут быстрее расчётного времени. Я попросил его проехать мимо ресторана и остановить за поворотом. Проезжая мимо заведения, уставился в окно, но поблизости никаких подозрительных типов не заметил.

Выйдя из такси, подошёл к углу здания и сделал вид, что листаю новостные ленты в телефоне, а сам поглядывал в сторону входа. Через пять минут перед рестораном остановилось такси, оттуда вышел Боткин. Он был один. Расплатился с таксистом, осмотрелся по сторонам и вошёл в ресторан. Меня не заметил. Я подождал ещё несколько минут, ожидая, не приедет ли кто-нибудь за ним следом, но больше никого. Молодец Андрюха, хвост не привёл, хорошо. Можно и мне теперь зайти.

Андрей сидел за небольшим столиком в дальнем углу. Кроме него в зале было ещё несколько посетителей — две молодых парочки и одинокая разряженная в пух и прах дама бальзаковского возраста, которая искоса поглядывала на Андрея. Над головой в воздухе напрашивалась надпись «в активном поиске». По внешнему виду никто из присутствующих опасности не представлял. Я смело пошёл к Андрею, который наконец оторвался от изучения меню и увидел меня. Обычного выражения беззаботной радости и безудержного веселья на его лице не было, довольно унылое выражение, непривычное глазу. Как только я сел напротив него, официант поставил перед Андреем запотевшую бутылку джина и две стопки, наполнил обе наполовину и ушёл, положив передо мной второй экземпляр меню.

— Что случилось? — спросил я первым.

— А то ты не знаешь, — буркнул Андрей.

— Одно я точно знаю, Проскурина теперь увижу не скоро, — довольно улыбнулся я.

— У тебя откуда такая информация? — удивился Андрей.

— Это я ему сегодня физиономию подрихтовал и сдал полицейским, когда он пришёл ряженый в бабу с ножом в руке в мой кабинет.

— Хрена се, — качнул головой Андрей. — не похож на него такой метод работы, а ты на спецназовца.

— А ты о его методах все знаешь? — спросил я, пропустив мимо ушей сравнение с элитным бойцом.

— Слава Богу нет, старался особо не вникать. Его дела — это его дела, я туда не лезу.

— То есть, если бы он зарезал твоего закадычного друга, то это тоже его личное дело и тебя не касается? — спросил я, глядя ему прямо в глаза.

— Не надо путать, — насупился он. — Я об этих планах понятия не имел. Если бы я был в курсе, обязательно предупредил бы. Они это прекрасно знают, поэтому меня в эти планы никто не посвящал. Я и о том, что на вас совершили покушение сегодня узнал из прессы.

— Какую роль ты вообще играешь в этом спектакле? — спросил я без особой надежды, что он мне расскажет всю правду. — Я сначала думал, что эти трое просто помогают тебе прогуливать папины денежки, но, похоже, это не совсем так.

— Совсем не так, — пробубнил Андрей и уставился в стол перед собой. — Лучше не пытайся вникнуть, Сань, я на самом деле не хочу тебе зла, я помню наше детство, нашу дружбу, как ты меня выручал по жизни и помогал отмазаться перед родителями, когда я бедокурил сверх нормы. Такие вещи не забываются. Поэтому прошу тебя, не лезь, целее будешь.

— А ты сам вылезти из всего этого дерьма не хочешь?

— Поздно. Я слишком сильно с ними повязан. Если я попытаюсь уйти, меня подставят так, что меня отправят на каторгу до конца жизни. Или камень к ногам и в Неву, что получится быстрее и намного проще.

— Ты думаешь, что они решатся просто так порешить сына одного из самых богатых и влиятельных людей в Питере? Это ведь им просто так с рук не сойдёт! — возмутился я.

— Им этот фактор не помеха, — махнул он рукой и взял рюмку со стола.