И каково же было моё удивление, когда увидел маму не взмыленную и в засыпанном мукой фартуке, а спокойную, довольную, идеально причёсанную, сидящую за столом, а сервировкой занималась служанка, не менее шустрая и рукастая, как наша Настюха. К столу потихоньку стягивались и остальные. Ведь никому сегодня никуда не надо ехать на работу или учёбу, но привычка она такая, завтрак по расписанию.

— Саш, у меня для тебя есть интересная информация, — сказал отец, с аппетитом налегая на содержимое своей тарелки.

— Какая же? — спросил я, накладывая себе добавку, словно готовился к очередному тяжёлому рабочему дню.

— Нам всем простительно посидеть дома недельку или две, а тебе нужна практика. Твой дар раскрылся, но надо обязательно продолжать работать каждый день.

— Ты прав, я думал об этом, — кивнул я. — Но, я не думаю, что получится теперь попасть во вторник на заседание коллегии лекарей.

— Скорее всего не попадёшь, но ситуацию это в корне не меняет.

— А как быть с дипломом? У меня теперь документы на другое имя, здесь меня никто не знает, кто возьмёт меня на работу в клинике? Если только санитаром.

— Справедливое замечание, — согласился отец, отодвигая пустую тарелку. — Я чуть позже свяжусь с Белорецким, возможно он сможет помочь не только с паспортами, но и с таким документом.

— Это было бы здорово, — улыбнулся я. — Я бы взял все возможные подработки, чтобы оттачивать навыки и быть готовым к испытанию, когда бы оно ни состоялось.

— Сынок, — сказала с тревогой в голосе мама, положив мне руку на плечо. — Твой рвение похвально, но не забывай пожалуйста про отдых и медитацию, не надо работать на износ, ещё жизнь впереди. Пообещай, что будешь себя беречь и не загонять себя до полного истощения.

— Обещаю, мам, — хмыкнул я, — я себе не враг.

— Я знаю, — улыбнулась она. — Но ты слишком увлечённый, поэтому я не считаю лишним ещё раз попросить тебя быть осторожным.

— А сегодня пока можно отдохнуть, — взял слово отец. — Познакомиться с городом, сходить в театр, посетить библиотеку. Будем считать, что мы в отпуске, как сказал Белорецкий. У меня, кстати, есть одна новость. Человек из архива нашёл записи, в которых описывается твой медальон.

— Здорово! — моё лицо невольно расплылось в улыбке. — Тогда мои планы меняются, сначала я изучу эти записи.

— Не изучишь, — хмыкнул отец. — Я не успел у него их забрать. Должен был заехать в архив вчера утром. Вместо этого мы поехали в городское управление полиции.

— Эх, — вздохнул я. — Ну ладно, подождём немного. Тогда сначала в библиотеку. Виктор Сергеевич, вы со мной?

— И я! — вклинилась Катя, вытянув руку вверх словно хочет, чтобы её вызвали к доске.

День выдался нескучным. Набрав в библиотеке самое нужное, мы отправились на книжную ярмарку, объявление о которой увидели по пути. Домой пришли только к обеду. В кармане пальто у меня лежали билеты в театр имени Волкова. Кассирша сказала, что мне очень повезло, только что эти билеты по какой-то причине вернули, а мест в зале не оставалось уже ни на один спектакль на неделю вперёд. Да, реально повезло. Если я сначала сомневался, надо ли тратить вечер на культурный отдых, то теперь нисколько, значит местная труппа пользуется большим успехом. Да и Катя вцепилась в меня мёртвой хваткой, что я просто обязан сходить на представление вместе с семьёй. Планы на вечер теперь есть, а свободное время между обедом и семейным выходом я посвятил самообразованию и совершенствованию медитативных техник.