Будет конечно смачный гонорар за обучение знахарей лечебницы «Святой Софии», но большую часть придётся теперь раздать своим помощникам. К проведению практических занятий я планировал привлечь ещё и Ивана Терентьевича и, естественно, не бесплатно. Каждый труд требует вознаграждения.

Может попробовать обратиться по поводу финансирования к Обухову? Надо подумать над этим. Лишний раз тоже беспокоить не хочется, надоедливую муху убивают скрученной в трубочку газетой. Такой мухой я тоже быть не хочу.

Глава 6

Итак, Виктор Сергеевич дал согласие участвовать в образовательном процессе. Теперь у меня есть два помощника, которые будут вести практические занятия по освоению навыков знахарями. Так скоро я свою школу организую, коллектив уже собирается. Завтра ещё к Ивану Терентьевичу подойду, может и он не откажется вести практику.

Сам он уже неплохо освоил и уверенно пользуется новой техникой. Возможно это связано с тем, что у него хоть дефектное и слабое ядро, да есть, а у подавляющего большинства знахарей изначально лишь выраженная предрасположенность к магии жизни и всё. Впрочем, сейчас это большой роли не играет, главное, чтобы он согласился со мной работать.

В портфеле ощущалась приятная тяжесть книг, которые мне выдал Виктор Сергеевич, на изучение этих трудов у меня два вечера и выходные, которые придётся полностью убить на изучение. Можно по идее сразу приступить к труду Курляндского, но без базовых знаний этого мира трудно будет понять, в ту ли сторону хочет менять препараты неуравновешенный засранец по имени Готхард, потомок рода европейских герцогов.

— Сегодня опять нас покинешь сразу после ужина? — спросила мама, глядя, как я закидываю в себя содержимое тарелки.

— К сожалению, да, — кивнул я, не прекращая жевать. Говорили мне не разговаривать с набитым ртом, опять не послушался.

— Чем будешь заниматься на этот раз? — поинтересовался отец равнодушным тоном. Они уже начинают привыкать, что у меня постоянно какие-то дела.

— Наклёвывается интересный вариант по развитию фармации, — ответил я, сначала проглотив. — Виктор Сергеевич познакомил меня с одним своим знакомым, который уже много лет назад разработал новые мази, микстуры и порошки, но попал под репрессии и живёт затворником.

— Вы ездили к безумному Готхарду? — вскинул брови отец.

— А ты его знаешь? — удивился я и отложил вилку в сторону.

— Его много кто знает, — хмыкнул отец. — Просто многие уже успели забыть. Этот чокнутый способен на многое. Только будь очень внимателен к его предложениям, далеко не всё на самом деле стоит применять в жизни. Среди его изобретений есть и такие, которые от любой клиники могут оставить глубокую воронку при неправильном хранении и использовании.

— Понял, учту, — кивнул я и задумался.

На самом деле, я так обрадовался, найдя человека, которого давно не устраивает существующее положение дел, что решил довериться ему целиком и полностью. Хотя, это не совсем так. Я же поставил перед собой план изучить его труды досконально, значит и буду этим заниматься и приеду к нему с «интересным предложением» не раньше, чем сам во всём разберусь.

Вместо семейного чаепития с невинной болтовнёй, я попросил Настюху принести мне полный кофейник и тарелку сладостей, чтобы мозги лучше работали. Сразу переоделся в домашнее, чтобы потом просто рухнуть в постель, положил перед собой обе книги и чистую тетрадь, чтобы делать в ней заметки для себя. Когда доставал тетрадь из своевременно сделанных запасов в верхнем ящике стола, мне навстречу из дальней стопки съехали несколько рисунков с портретом прекрасной незнакомки.