— Элеонора Александровна, нам бы надо вас осмотреть и продолжить начатую неделю назад процедуру, с вашего позволения, — сказал я. — Не могли бы вы прилечь на кровать, как в прошлый раз?

— Александр Петрович, ну зачем столько церемоний, мы же не на приёме у императора, — рассмеялась она. — Раз надо лечь, значит я лягу.

— Вам помочь? — подскочил к креслу Илья.

— Спасибо молодой человек, — улыбнулась она ему. — Дайте руку, я облокочусь, чтобы встать. Силы пока не вернулись, а так хотелось бы.

— Не переживайте по этому поводу, — заверил я. — Всё будет. Вот только мы сначала победим вашу болячку и всё наладится. Ещё сможете совершать прогулки вдоль всего Невского.

— Ох, Александр Петрович, — мечтательно улыбнулась она, опускаясь на край кровати. — Ваши бы слова, да Богу в уши. Я уже начала привыкать, что из дворца почти не выхожу. Всё гадала почему, а оказалось рак. Чего только не бывает в жизни и чаще всего неожиданно.

— Это да, — кивнул я. — Но ваша ситуация вполне поправима. Вы же не возражаете, если сегодня процедуру проведёт мой коллега? Не переживайте, он отличный специалист и я ему полностью доверяю.

И я особо не кривил душой, Илюха очень умный и прилежный, с онкологией и моими методами знаком. Кроме того, я на всякий случай провёл подробный инструктаж, пока мы ехали к Татищевым. Чтобы напарник был полноценным, его не надо водить за собой следом, как телёнка на поводке, а давать ему проявить себя и показать, на что способен.

— Раз вы доверяете, значит и у меня нет причин на противоположное мнение, — улыбнулась в ответ княгиня, легла поудобнее и освободила живот. — Ну всё, я готова.

Глава 12

С княгиней Татищевой мы договорились повторить процедуру в следующий понедельник. Полностью закончить можно было бы и в этот раз, но, учитывая её общее состояние решили не гнать лошадей. К тому же обнаружились пара метастазов в лимфоузлах брыжейки, которые было решено убрать вместе с небольшими остатками основного очага новообразования. Так что следующий понедельник скорее всего будет последним. Перед уходом дал рекомендации по диете и посоветовал прогулки хотя бы по комнатам дворца, движение — жизнь. Главное избегать переутомления, это не есть хорошо и на пользу не пойдёт.

— Ну как тебе мой результат? — спросил Илья, когда мы шли к воротам.

— На мой взгляд очень неплохо, — кивнул я. — От опухоли осталось совсем немного, а лимфоузлы — правильно сделал, что оставил на следующий раз. Там вроде немного, но она пока слишком слаба.

— Вот это-то и странно, — сказал Юдин, садясь в машину. — К тебе вон с какими здоровенными дулями приходят, и то не такие, а у неё по сравнению с теми опухоль с Гулькин нос.

— Там больше проблема с анемией, — ответил я. — Образование и правда небольшое, но она долго и упорно кровоточила. Они и вызвали-то на дом, когда она выдала конкретное кровотечение. Уже не смогла скрывать свою проблему.

— М-м, тогда ясно, — кивнул Илья и потянулся к кофемашине, встроенной в задней стойке нашего семейного автомобиля.

— Два стакана ставь — сказал я. — Я тоже буду. Сейчас снова с корабля на бал, небось под дверью уже сидят.

— Так и у меня такая же петрушка, чё ты думаешь? — хмыкнул Юдин. — Поэтому я и хотел кофе попить, пока едем.

— Тогда удачи нам с тобой, терпения и выносливости, — улыбнулся я.

Как я и предполагал, возле двери перед кабинетом уже сидели. И почему-то возле моего кабинета всегда народу было больше, чем у других. У нас работают хорошие лекари. Не элита, конечно, но замечаний ни к кому не было, обоснованных жалоб от пациентов тоже.