Конечно, так оно и есть… Долорес положила трубку, ощущая непонятный страх. Этот мужчина явно заманивал ее в свои сети. В ближайшую среду она окажется в его доме, причем будет не только возиться на кухне и в столовой, но и ночевать под его крышей.

К великому облегчению Долорес, когда она приехала в дом Эдвина Оливера, его не было дома. Это был чудесный старый особняк, окруженный лужайками и раскидистыми деревьями, уже сбросившими ярко раскрашенные листья. Дом был большой и произвел на Долорес сильное впечатление. Возможно, где-нибудь на чердаке здесь водились привидения.

Впечатление от интерьера было не менее сильным. Полы устилали роскошные персидские ковры, на них стояла со вкусом подобранная мебель — по большей части антикварная, впрочем, были и комнаты, обставленные очень современно. Несмотря на роскошь, дом был уютным, удобным и обжитым. Что ж, подумала она, у этого человека двое детей-подростков. Ничего странного, что они передали обстановке частичку своего вкуса, своего представления о красоте и уюте.

Экономка миссис Шеффер, добродушная и дружелюбная женщина лет шестидесяти, показала ей просторную, хорошо оборудованную кухню. Приготовить еду на двадцать человек здесь было легко. Затем миссис Шеффер провела Долорес в столовую, показала фарфор, хрусталь, серебро и сказала, что если Долорес хочет, она с удовольствием поможет ей накрыть на стол.

Они пили чай с яблочным пирогом и обсуждали детали предстоящего обеда, когда на кухню, удивив обеих женщин, неожиданно нагрянул Эдвин. При виде его у Долорес замерло сердце. Одетый в элегантный деловой костюм с галстуком, он лучился энергией и уверенностью в себе. Она неожиданно разозлилась на себя. Не следовало показывать, что Эдвин производит на нее такое сильное впечатление, но это было выше ее сил.

— А мы вас не ждали, — заявила миссис Шеффер.

— Я и сам не ожидал, что вернусь так рано, — ответил он, — но совещание оказалось коротким. Мне пришла в голову мысль улизнуть и проверить, как у вас идут дела. — Он красноречиво посмотрел на чай и пирог, свидетельствовавшие, что женщины нашли общий язык, и перевел взгляд на Долорес.

— Как дела? — Темные глаза его, казалось, заглядывали ей прямо в душу. Или это ей только показалось?..

— Спасибо, все в порядке, — неуверенно ответила Долорес. Сердце колотилось как бешеное. Это было несправедливо. За что ей такие мучения? Она их не заслужила.

— Я видел присланное вами меню. Все отлично. Я подписал договор и отправил вам.

— Спасибо…

— Хотите чаю, мистер Оливер? — спросила миссис Шеффер.

— С удовольствием. — Эдвин придвинул кресло, уселся за стол и расстегнул пиджак. — Вы не убирали фотографии, которые я оставил вечером на журнальном столике? — спросил он экономку. — Мне нужно отнести их в офис.

Миссис Шеффер налила в чашку чай и ответила:

— Я положила их на письменный стол. Сейчас принесу.

Долорес следила за тем, как Эдвин подносит ко рту чашку. Рука была сильная и казалась особенно смуглой по контрасту с ослепительно белым манжетом.

— Я забыла спросить, хотите ли вы, чтобы я сама разносила блюда, — сказала она, глядя на Эдвина снизу вверх.

— Да, конечно. Так же, как у себя в гостинице. А что?

— Нет, ничего. Тогда об одежде. Я надену то же, что ношу в гостинице. Или вы предпочитаете что-нибудь более торжественное, чем брюки и блузка?

Он слегка нахмурился.

— Знаете, я думал, что вы наденете мини-юбку и маленький передничек с оборками… — Увидев возмущение на ее лице, Оливер громко расхохотался.