— О господи, Тор! — она поняла, что дрожит. Ее трясло как в лихорадке. — Ох, Тор!

Теперь Тор повернулся к ней, очевидно убедившись, что человек на полу не шевелится. Янтарные глаза взглянули на нее так же свирепо, как недавно глаза Флина. Но Эбби, хотя и опасалась такой дикой силы, не боялась ее в Торе. Он контролировал себя. Его поступками управлял гневный, но здоровый рассудок. Она видела, что Тор отличается от Флииа, как день от ночи.

— Как он попал в квартиру? — Это было все, о чем спросил Тор. Его голос звучал напряженно и жестко.

— Я…. — Эб6и облизнула пересохшие губы и начала снова. — Я приняла его зa курьера. Думала, что он принес еще одну партию витаминов. — Ее голос звучал виновато и так слабо, что был плохо слышен даже ей самой.

За этим последовала грозная тишина. Тор усваивал смысл этого туманного оправдания. Потом спросил:

— С тобой все в порядке?

Эбби, изумленная тем, что он не начал сурово отчитывать ее за то, что она открыла дверь, лишь коротко кивнула.

— Тогда звони в полицию.

— Да, Тор.

Она стала набирать номер. В это время лежавший на полу Флин застонал и открыл глаза.

— Шевельнешься, я сверну тебе шею.

Это было сказано с таким опасным спокойствием, что смысл слов проник даже в затуманенный разум Флина. Флин взглянул на Тора, потом полным ярости и разочарования взглядом отыскал Эбби.

— Она должна была принадлежать мне. Я должен был сделать ее своей, когда была возможность, — простонал Флин и потянулся рукой к кровоточащей ране на голове.

— Он не в своем уме, Тор. Он болен, — спокойно сказала Эбби, уже ожидая ответа по телефон

Тор перевел взгляд с лежавшею у его ног Флина на ее встревоженное лицо:

— Я это вижу. Но болен он или нет, если он eще раз когда-нибудь попытается приблизиться к тебе, я его убью.

Тор присел на корточки возле поверженного врага и пристально взглянул в егго испуганные глаза:

— Ты понимаешь это, Рендольф?

— Она моя, — прошипел Флин.

— Нет, — ровным голосом ответил Тор, — она принадлежит мне, потому что отдала себя мне. Слушай, Рендольф. Я буду защищать свое. Если ты когда-нибудь снова подойдешь к ней, я тебя убью. Убить тебя мне будет легко. Я уже убивал раньше, помнишь?

Глаза Флина расширились, и он понял, о чем шла речь.

— Ваша жена. Вы убили свою жену. Я читал об этом в газетах. Я помню, что слышал об этом примерно тогда же, когда это произошло. Я никогда не мог забыть об этом. Женщинам нельзя доверять. Мужчина не может доверять им. — он говорил нечетко и бессвязно, словно не мог думать ясно. Похоже. Он еще не совсем пришел в себя.

Тор наклонился и обхватил пальцами горло Флина — бережно, но от этой осторожности становилось жутко.

— Я доверяю Эбби. Я всегда буду доверять ей. Ничто не сможет уничтожить это доверие. Поэтому, если я снова обнаружу тебя рядом с ней, я буду знать, что это случилось по твоей вине. Помни это, Рендольф, я буду обвинять тебя. И я убью тебя.

Эбби замерла у телефона, словно прикованная к месту, в такой ужас привела ее спокойная жестокость Тора. Она ощущала исходившую от него угрозу. Как нечто осязаемое. По глазам Флина было видно, что он словно загипнотизирован этой силой и тоже чувствует заключенную в ней опасность.

— Вы убьете меня, — глухо повторил за ним Флин.

— Да.

Флин помотал головой, словно старался вытряхнуть из нее часть боли и прояснить свой ум.

— Я больше не подойду к ней. Теперь она ваша.

— До конца ее жизни, — просто сказа Тор.

— Я не причиню ей боли. Я не подойду к ней, — по-детски пообещал Флин, — она ваша.