Я кое-как откопался, будто припозднившийся мертвяк в ноябре, но ситуацию это сильно не прояснило. Видимость была почти нулевой — пыль натурально стояла столбом, мешая нормально дышать. Вдобавок над грудой камней вился робкий дымок, не решаясь подняться выше. Апокалипсис во всей его неприглядной красе. Но зато хоть на меня ничего больше не сыпалось. Разве что отдельные камешки скатывались откуда-то сверху, цокая по собратьям. Удивительно, но я их слышал, хоть и сквозь толстый слой «ваты» в ушах.

Пока что ясно было только одно — наша затея сработала даже лучше ожидаемого. А ещё, мне повезло оказаться на самом краю свежей котловины. Дальше битого известняка становилось гораздо больше, а размер обломков увеличивался. За это, похоже, стоило благодарить моего защитника, который слабо возился неподалёку, пытаясь как и я избавиться от каменных оков.

Правда, ему досталось куда сильнее. Некогда чёрная броня, без единой царапинки, нынче пребывала в плачевном состоянии. Магическая защита всё-таки не выдержала, и доспехи теперь напоминали старую консервную банку, которую долго пинали в дорожной пыли. Левую руку ему и вовсе оторвало по самый наплечник, только вместо привычной крови оттуда сочилось что-то тёмное, как нефть. А из самой «раны» торчали обрывки проводов и непонятных трубок, а иногда там отчётливо искрило.

Выходит, это не совсем броня, а экзоскелет. Вряд ли меня гонял полноценный робот — от него исходила вполне очевидная пульсация живого существа, хоть и скрываемая полем. Видеть я её видел, а вот повлиять не мог. Рыцарь повернул ко мне измятое забрало и выдал полный ненависти хрип в мой адрес. Значит, точно не Терминатор.

Скорее уж непутёвый папаша Вейдер…

Сдвинуться он с места не мог, будучи зажатым между двумя крупными обломками. Человека они бы раздавили в кашу, а он ещё дергался. Куда более мелкое крошево ему всё-таки удалось откинуть, откопавшись примерно наполовину. В принципе, если его тут оставить, чем чёрт не шутит, может и освободится. Только я не настолько преисполнен гуманизма к тем, кто целенаправленно шёл нас убивать. Взять в плен — ещё куда ни шло, вряд ли это простой боец. Наверняка офицер, и не самого низкого ранга, судя по защите.

Другое дело, что задерживаться надолго не стоит. Взрыв был мощный, спору нет, но он точно не мог выкосить всю колонну — самоходки нарочно двигались с приличным расстоянием друг от друга. Большей частью должна была пострадать пехота, которая подтягивалась на защиту бабахи. Но в тылу точно ошивалась какая-то часть, и когда всё окончательно уляжется, уцелевшие первым делом начнут прочёсывать округу.

Пока я раздумывал, как быть, заодно восстанавливая силы, рыцарь уцелевшей рукой снял с себя помятый шлем. Под ним оказалась вполне обычная человеческая голова, безо всякой звериной экзотики. Лицо самое заурядное, искажённое лишь злобной гримасой. Даже волосы имелись, слипшиеся от пота и крови из рассечённого лба. Всё-таки помяло его знатно, пока он выступал в роли моего щита.

— Эй, ты меня понимаешь?

— Сдохни! — прорычал он в ответ, уставившись на меня водянистыми глазами.

Радужка была как будто обесцвечена, а сами зрачки почти не просматривались. Слепой, что ли? В любом случае, разговор у нас не задался, и возиться с ним окончательно расхотелось.

Однако не успел я ничего предпринять, как мир вокруг нас резко померк, как будто выключателем щёлкнули. Атака⁈ Но помятый рыцарь не применял магию — резкого скачка температуры от прилива энергии, как бывает у боевых магов, не было. Я ведь нарочно приглядывал за ним в оба глаза на расстоянии, чтобы тот ничего не вытворил напоследок. И всё-таки проглядел…

Тьма между тем уступила место холодному свету, в котором один чёрт ничего не разглядишь.