Здесь запросто можно упасть в яму с кольями, или быть ошпаренным внезапным выхлопом пара откуда-то из-под земли. А перебегая по тонким брусьям, приходилось попутно уворачиваться от различных маятников. Поначалу это были простые ошкуренные брёвна, что уже само по себе неприятно, а потом на них и вовсе появились различные шипы с лезвиями. Просто чудо, как никого ещё не прибило насмерть.

Видимо, мы все очень сильно хотели жить.

В условиях постоянного стресса движения становились чёткими и скупыми, ибо любое промедление может стоить тебе жизни. После отбоя любимым занятием среди соискателей было смакование местных страшилок, когда дежурные целители не успевали помочь пострадавшим. И вполне возможно, что часть этих россказней — совсем не выдумка.

После того, как мы отбывали в «Болевом центре» положенные три часа, нас отдавали в руки курсантов-второгодок в качестве наглядных пособий. Кроме тех случаев, где без экстренного магического вмешательства абитуриент мог скоропостижно отбросить копыта. Учащиеся нас латали, как умели, попутно отговаривая от поступления в это ужасное место. Некоторые вдобавок находили время для знакомств, хотя наши девчонки неохотно шли на контакт.

А вот когда мной однажды занялись две симпатичные курсантки, полностью стянув с меня излохмаченный тренировочный костюм, едва не случился очередной конфликт. К счастью, я был в сознании, поэтому смог погасить его в зародыше. Хэдрук даже вмешаться не успел, как кое-кто получил по рогам и отправился обратно изображать из себя пособие для оказания первой помощи.

Во второй половине дня у нас шли менее травмоопасные мероприятия. С абитуриентами занимались младшие наставники, которые учили нас всему понемногу. В основном занимались ликбезом, вызывая судорожную зевоту у всесторонне образованных аристократов. Благодаря этим занятиям я наконец-то определился с местными званиями и общим воинским укладом.

Итак, всем выпускникам военных академий присваивается младший офицерский чин — линейный, что-то вроде нашего младлея. Затем идут три «мастера» — обычный, а так же с приставками «недо-» и «сверх-». Я их перевёл в более серьёзные «суб-» и «гранд-», чтобы не тянуло улыбаться каждый раз, когда слышу про «недо-мастера». Следующим по старшинству идёт магистр, ровно по той же схеме и, наконец, командор. Высшая его форма зовётся главнокомандующим.

На этом всё, выше только император и боги. К счастью, последние не особо вмешиваются в людскую жизнь, предпочитая наделять своих последователей дарами и проклятьями, а дальше пусть они уж как-нибудь сами разбираются. Я всё ждал, когда нам расскажут подробнее про местный пантеон, но этим занимались исключительно жрецы, а их пока что поблизости не наблюдалось.

Не менее любопытной вышла лекция о магических основах мироздания. Там я поближе познакомился с градацией волшебников, которую Авери неоднократно упоминал, но так и не смог толком всё систематизировать. На поверку же всё оказалось довольно просто.

Существует десять рангов или уровней, для пущей наглядности представленных кругами, вписанными друг в друга. На десятом располагаются вообще все живые существа, что обитают в этом мире. Какая-то крупица магии в них есть, но использовать её может лишь нежить и некоторые из владельцев запрещённых Проклятий.

На восьмом-девятом круге магический резервуар существенно расширяется, и некоторые существа могут его бессознательно использовать. Большинство людей останавливается именно на этом значении, хотя некоторых из них уже можно использовать в качестве Источников. То есть, как живой аналог энергетического кристалла. Правда, это довольно опасно, поэтому подобный метод подзарядки используется лишь в крайних случаях. Если опустошённому магу будет просто плохо и депрессивно, то обычный человек без Чи сразу же умрёт.

Седьмой уровень уже предполагает начальное взаимодействие со своим внутренним резервуаром, шестой — использование своих способностей, хотя бы на уровне инстинктов.