Большинство переломов благополучно срослось, и теперь чудотворнице осталось провести финальную отладку, включая восстановление нервных окончаний. Ощущения во время этого процесса строго на любителя — напоминает потряхивание слабым током, а под кожей словно снуют мелкие насекомые. Зато потом уже почти не болело.

Наградой за терпение стала новость, что с остальными участниками вылазки всё в порядке. От сердца сразу отлегло.

После чего настала моя очередь отвечать на вопросы. Рассказ о наших приключениях вышел не особо продолжительным — большую часть подробностей служивые уже знали. Прежде всего, их интересовало, что случилось возле хранилища, и кто именно подал идею его обнести. А вот всё остальное сражение с нежитью они выслушали без единого уточняющего вопроса.

Выдавать Сатанию очень не хотелось, но выбора у меня особо и не было — именно она договаривалась с большинством абитуриентов. Точнее — уламывала их различными предлогами, вплоть до прямых угроз. Наверняка всех выживших уже допросили, так что этот вопрос являлся чистой формальностью. А заодно и проверкой.

И всё же сдавать девушку, что спасла мне жизнь, у меня язык не повернулся. Поэтому я сказал, что сам предложил ей это. А она лишь поддержала такую соблазнительную мысль. Пусть что-нибудь попробуют нам предъявить, после уничтожения Врат!

Служивые нахмурились, но тут в комнату вошёл ещё один человек, прервав зашедший в тупик допрос. Это был мужчина средних лет — статный, рыжеволосый, с окладистой бородой. В отличие от остальных, он был облачён в пластинчатый доспех пепельно-серого цвета, без всяких опознавательных знаков. Даже герба империи на нём не имелось. За его плечами развевался свободный плащ из серой ткани с откинутым капюшоном, опять же — без орнамента.

Имперцы с нескрываемым раздражением уставились на нового посетителя, который ничуть не смущаясь попросил прямо с порога:

— Подождите снаружи.

В голосе отчётливо проскользнули властные нотки, однако никто из троицы работников академии и мускулом не пошевелил.

— При всём уважении, магистр, — осторожно начал один из дознавателей. — Вы не наш начальник…

— Я и не требую от вас чего-то невозможного. Мне нужно пообщаться с этим молодым человеком наедине, а времени у меня мало.

— Простите за вопрос, но зачем он вам?

— Это мой племянник, — холодно процедил мужчина. — Вам этого достаточно?

Работники академии дружно уставились на меня, будто ожидая подтверждения. Их взгляды варьировались от удивления до откровенного сочувствия. Я и сам оторопел, страстно жалея, что не могу отвесить мысленного подзатыльника своему соседу по телу.

— Дядя Альбин? — с явным сомнением выдавил он из себя.

— Так это бывший муж Хионии? — припомнил я сводную тётушку, заодно кивнув дознавателям. — Иона его дочь, получается?

— Да.

— А чего сразу не сказал?!

— Да я в последний раз видел его ещё в детстве! С тех пор он у нас не бывал.

— Ох, взрослый ты наш, рановато у тебя склероз прорезался…

Пока мы общались, получившие подтверждение имперцы молча покинули комнату, оставив меня наедине с «дядюшкой». Который «давно покинул семью», блин! Я думал — он погиб смертью храбрых, как и положено в этом мире, а мужик просто загулял. Прямо образцовый семьянин — вышел за хлебом и не вернулся. Хотя его мышиная форма навевала не особо хорошие мысли. Вроде бы серое здесь предпочитают носить те, кто борется со всякой нечистью.